– Нет, – отрицательно качнул головой Дуглас, – я, например, не очень представляю, о чём идёт речь. Как по мне, так артиллерия при любом раскладе громкая штука.
– Это ты слишком много современных пушек видел.
– И?
– И то, что у предков могло быть что-то посерьёзнее. Ты ведь стрелял из импульсного карабина?
– Ты считаешь, что может существовать пушка, работающая по такому же принципу?
– А почему нет? – резко выдохнул Миллстоун, – всё тихо, мощно, и боеприпасов можно возить больше.
– Допустим. Но какой тогда там должен был стоять ускоритель? – недоверчиво спросил Дуглас.
– Я думаю, для предков это не было проблемой.
– Проблемой было бы научиться использовать что-то такое сейчас. У нас даже карабин импульсный сложно найти, чтобы был нормальный, а тут пушка.
– Придётся предположить, что такое возможно.
– Чтобы не предполагать более простые вещи?
– Такие, как пороховая артиллерия? – поморщился Миллстоун, – уж я думаю, что в этом гарнизоне есть люди, которые в момент вычислили бы точку, откуда велась стрельба, и мы бы не понадобились. Нет, мой дорогой друг, тут что-то серьёзное. Что-то, что поставило их в тупик. Так что готовься к вечеринке. Вырвемся в Флаенгтон, заявимся к Винсу и оторвёмся, как в старые добрые времена.
– Не загадывай, – добродушно улыбнувшись, ответил Дуглас.
– Ладно. Поехали. Не удивлюсь, если нас там заждались.
– Как же. Встречают с хлебом и солью, – усмехнулся Эгил, усаживаясь в машину.
Федеральный уполномоченный мистер Брэдли имел, очень мягко говоря, встревоженный вид. Его глаза было широко раскрыты, и из-за этого казалось, что он постоянно чему-то удивлён. После нескольких минут разговора Миллстоун понял, что примерно такое выражение на этом широком лице с большими щеками присутствует постоянно и никак не связано с произошедшими событиями. Но сказать подобное об обильной испарине, покрывавшей его высокий лоб, было нельзя – уж она точно была следствием того, что сегодня ему приходилось шевелиться больше, чем обычно.
И хотя в письме говорилось, что их ждут, федеральный уполномоченный оказался не в курсе того, кто именно прибудет. Немного порывшись в памяти, он вспомнил, что начальство кого-то вызывало и обязало ожидать, но все подробности выпали у него из памяти, и он, признаться, в этой суете и забыл о том, что прибудут ещё агенты в помощь уже имеющимся.
Каждая оправдательная фраза из уст Брэдли невольно вызывала у Джона добродушную улыбку – настолько забавно этот человек произносил слова, когда пытался говорить быстро и умещать в одном предложении как можно больше полезной информации. Из-за этого нельзя было понять, что конкретно известно на данный момент, а сам федеральный уполномоченный так надувал щёки, что если бы Миллстоун хотел его передразнить, он в первую очередь изобразил бы именно эту черту его манеры разговора.
– Выстрелы кто-нибудь слышал? – спокойно спросил Миллстоун, воспользовавшись небольшой паузой в монологе Брэдли.
– В том-то и дело, что нет, – ответил федеральный уполномоченный, и его глаза, казалось, расширились ещё больше.
Миллстоун с лёгкой победной улыбкой посмотрел на Эгила, но Дуглас парировал этот ход полным безразличием.
– Наши люди продолжают опрашивать население разных районов, – продолжал тем временем Брэдли, – но никаких новостей от них пока не поступало.
– Хорошо. А изучение снарядов что-нибудь дало? Они были обычными?
– Да. Самыми обычными, – кивнул Брэдли.
– А какие потери?
– Сорок два человека убитыми, ещё полторы сотни с разными ранениями, и повреждены три броневика, но урон несущественный. Формально они в строю, только одному нужно сменить колесо и у двух других тоже по мелочи.
– А как вообще оценивается уровень специалистов, проводивших эту атаку? – спросил Дуглас.
– Средний. Как сказали мне наши специалисты, хоть время между выстрелами и слишком мало, орудие, скорее всего, было только одно.
– Почему был сделан именно такой вывод? – нахмурившись, снова спросил Эгил.
– Некоторые очевидцы говорят, что снаряды взрывались через равные промежутки времени. Примерно каждые полминуты.
– А что говорят остальные? – недоверчиво спросил Миллстоун.
– Остальные не обратили на это внимания, – развёл руками Брэдли.
– Понятно, – улыбнулся Джон, – а сколько выстрелов было?
– Пять.
– Значит, всё заняло примерно пару минут.
– Да. Но весь лагерь был поднят на ноги.
– А что по поводу точности? Как оценена она? – спросил Дуглас.
– Одно прямое попадание в палатку пехотинцев на окраине. Почти все трупы оттуда, остальных просто тяжело ранило и не успели спасти. Другие попадания не такие точные. К примеру машины повреждены незначительно, потому что до них долетело немного осколков.
– Постойте, – вежливо прервал его Миллстоун, – вы говорите о палатках? Разве местная часть не находится здесь постоянно и для неё не построены казармы?
Брэдли ничего не сказал. Он молчал, как будто обдумывая, как лучше ответить на этот вопрос.
– Эту часть недавно расширили, но для новых бойцов ещё не построили бараки. Этот вопрос как раз находился на стадии решения.
