– Нет, – он на секунду улыбнулся, но тут же снова сделал серьёзное лицо.
– Как это нет? – возмутилась Салли.
– Вот так. Очень просто. Сейчас я разочек-другой тебя накажу, а потом ты сознаешься во всём.
– Ничего себе, да вы слишком уверены в себе, мистер полицейский.
– Зови меня просто Лео.
Миллстоун подхватил её на руки и одним движением переместил на кровать. Она быстро подскочила, и, крепко обняв его, увлекла за собой. При этом сильно заскрипели пружины, отчего Салли немного испугалась.
– Я, конечно, понимаю, что ни для кого не секрет, что мы тут, – сказал Миллстоун, – но не надо слишком перегибать.
– Я больше не буду.
– Это уж точно, – сказал Джон и энергично развёл её согнутые колени в стороны.
Поспать удалось немного. Уже через четыре часа в их дверь постучали. Салли и Джон быстро собрались. Было холодно, но в то же время это помогало взбодриться. Когда они вышли на улицу, первые рассветные лучи начинали касаться холмов на горизонте. Хотелось курить, но Миллстоун помнил о том, что Ливинг просил его этого не делать.
На улице помимо тёмно-синего фургона стояло ещё две машины. Небольшой грузовичок с закрытым кузовом и потрёпанный пикап, в кабине которого сидели три человека в масках, а в кузове были заметны очертания каких-то ящиков. Георг копался в багажнике своего автомобиля, заканчивая приготовления. Он освободился через минуту и подошёл к Джону, Салли и Дугласу, попутно надевая перчатки.
– Боюсь, ваша чёрная красотка должна остаться здесь. Хуже приметы не придумать, – сказал он, кивнув на Спайер.
– Хорошо.
– Поведёте грузовик. Справитесь?
– С таким – да, – улыбнулся Джон.
– Отлично.
Георг повернулся к пикапу, легко взмахнул рукой, и машина, взревев мотором, развернулась и уехала.
– Мы выждем несколько минут, – прокомментировал Ливинг, – в этот раз всё будет просто, но правилами пренебрегать не стоит.
– Правила есть правила.
– От вас требуется примерно то же, что и в тот раз. Думаю, второй раз объяснять не нужно.
Они выдвинулись примерно через пять минут после пикапа. Джон управлял подобным грузовиком всего пару раз в своей жизни, но даже того опыта было достаточно, чтобы сказать, что машина загружена. В первый момент он подумал, что просевшая подвеска признак плохого состояния, но теперь понял, что ошибался. Он раздумывал над тем, что может быть в кузове у него за спиной и это как-то не вязалось с тем, что Ливинг обещал более простую развязку, чем в прошлый раз.
Штатный обогреватель отогнал ощущение холода и, не смотря на то, что впереди было серьёзное дело, Джон ощущал покой, глядя на восходящее солнце. Они выехали за город и направились в сторону карьеров. Ливинг свернул с дороги несколько раньше, чем предполагал Миллстоун и через десять минут движения по едва заметной грунтовке они увидели тот пикап, который уехал раньше них. Его кузов был пуст, как и кабина.
Едва Миллстоун вышел из машины, как в кузове послышались звуки движения, в первый момент сильно его удивившие. Подвеска грузовика в конечном счёте оказалась в порядке. После того, как на мелкую щебёнку спрыгнуло четверо бойцов в металлической броне, рессоры расправились, задрав корму машины. В руках у неизвестных, чьи лица скрывали металлические шлемы с единственной узкой прорезью для глаз, были большие огнемёты, а за спиной находились ранцы с запасом топлива.
– Парни знают, что делать, – сказал Георг, – а вы за мной.
Джону было интересно, куда делись остальные, но спрашивать он не стал. Он вообще ничего не говорил, следуя за Ливингом и Салли. Они прошли по узкой тропке вдоль крутого склона, и вскоре перед ними открылся удобный вид на ложбину карьера. Огнемётчики стояли на входе, но, увидев Георга стали продвигаться вперёд.
– Джон и Салли остаются здесь, мистер Эгил за мной, – скомандовал Ливинг едва слышно.
Миллстоун и его напарница укрылись за камнем. Оставалось ждать, и, судя по всему, недолго.
– Волнуешься? – спросила Девушка.
– Если только немного, – ответил Миллстоун, – я думаю, при наличии тех парней наша помощь почти не нужна.
– Ошибаешься, – сказала она, – огонь убивает их слишком долго. За это время они успели бы убить наших. Но он очень сильно отвлекает их. Особенно дикарей. Они не знают своей силы, и поэтому боятся его.
Едва она закончила фразу, как рассветные сумерки озарились ярким светом пламени. Джон даже не слышал, как существа атаковали, но огнемётчики успели поджечь их. Салли, а вслед за ней и Миллстоун, выскочили из своего укрытия. Он увидел три больших струи огня, сошедшиеся на одной огромной человекообразной фигуре. Через секунду одна струя отделилась, и тут же уши Миллстоуна заложило от близкого выстрела. Сам он тоже выстрелил в ближайшую цель, и она тут же взвыла, но вряд ли один только красный луч вызвал такую реакцию.
С другой стороны карьера тоже послышались выстрелы, отчего горящие силуэты заметались. Их было уже три, а самый первый опустился на колени и через несколько секунд рухнул на землю. Такая же участь ожидала и двух других, но вдруг что-то промелькнуло настолько быстро, что Джон не сразу понял, в чём дело.
