Миллстоун собрал всё в рюкзак, закрепил на нём карабин, и взвалил всё себе на плечи. В принципе, вновь приобретённое оружие можно было бы нести и в руках, но он не исключал, что оно может дать осечку, а этого нельзя было допустить, потому что необходимость использования могла возникнуть в любой момент. Лазер он тоже решил припрятать – во-первых, чтобы сэкономить заряд, а во-вторых – здесь, в относительной близости от населённого пункта была велика вероятность встретить его жителей, а светить перед ними таким оружием не стоило.
Поэтому Джон достал свой огнестрельный пистолет и положил его в карман. Он ловко перемахнул камень и свистнул, подзывая пса. Тот тоже перепрыгнул препятствие – заметно быстрее, чем накануне, – видимо, после достаточного ужина и завтрака у него появились силы.
– Ну, с чего начнём? – спросил Джон, с таким воодушевлением, как будто действительно мог получить ответ, – поохотимся?
Пёс к неожиданности, как будто понял, о чём говорит его новый друг, и, радостно высунув язык, устремился вперёд. Вскоре они были у развилки тропинок – одна уходила дальше вверх, к гипотетическому перевалу, а вторая спускалась.
– Может, туда? – Джон указал вверх.
Собака его не послушалась и быстрыми шагами засеменила вниз. "Кто кого ещё ведёт" – про себя усмехнувшись, подумал Миллстоун. Он пошёл вниз. Пёс, пробежав несколько шагов, остановился, чтобы его подождать.
Спуск давался легче, чем вчерашний подъём, да и утро радовало свежими силами. Выйдя из каменных ворот, пёс остановился и выжидательно посмотрел на Джона. Видимо, отсюда ему было всё равно, куда идти. Сразу направляться в город Миллстоуну не хотелось. Он предпочёл бы издалека рассмотреть местных жителей. Возможно, ему удалось бы понять что-то об их образе жизни, занятиях, интересах, ну и отношениях к другим, но для этого нужно было уловить момент их встречи с кем-то.
Недолго поразмыслив, Джон направился на запад. Через десять минут пути впереди появилось что-то чёрное, и он достал бинокль, чтобы получше рассмотреть. Это было небольшое нагромождение камней, поросшее кустарником – отличное место для охоты. Там можно раздобыть пару головастиков, если, конечно, кто-то не сделал это до него.
Миллстоун крался так тихо, как только мог. У этих крыс был отменный слух, частично компенсировавший их неуклюжесть. Услышав врага заранее, даже с трудом, но можно было успеть от него улизнуть. Но у пса, похоже, была своя тактика. Он громко залаял и устремился вперёд, и, прежде чем Миллстоун успел что-либо сообразить, на него из кустов выскочил другой пёс, чуть больше размером. Они зарычали и сцепились, что было совсем неудобно с точки зрения Джона, приготовившего пистолет. Он боялся задеть своего нового друга, и терял время, прицеливаясь точнее. Собака как будто это поняла и изо всех сил рванулась назад, пытаясь отцепиться. На секунду ей это удалось, а большего и не требовалось. Прогремел выстрел и дикая собака отлетела назад почти на два метра и ударилась о камни.
– И как тебе удаётся оставаться без шрамов, если ты при первой возможности бросаешься на врага? – спросил Джон, осматривая своего друга.
Пёс не ответил, но торжествующе высунул язык и громко задышал. Джон осмотрел его. Ни на голове, ни на остальном теле не было никаких следов и на этот раз.
– Если у меня не появится идей получше, я назову тебя Везунчиком, – он улыбнулся и потрепал его по голове.
Пёс обрадовался, как будто действительно что-то понимал. Он был удовлетворён победой и, должно быть, любые слова и жесты воспринимал как похвалу. Тем более, что победа обещала ещё и сытные обед и ужин.
А вот погибшего дикого пса везунчиком назвать точно было нельзя. Он повидал за свою жизнь порядочно. Одно ухо у него почти отсутствовало, а второе было сильно разодрано. Раны были застарелыми. Часть хвоста также отсутствовала, а один глаз был рассечён. Да, везунчику очень повезло, что он оказался здесь вместе с человеком, иначе его участь могла быть печальной, даже несмотря на то, что этот бродяга был очень старым и находился далеко не в лучшей своей форме.
Вообще, Джон побрезговал бы есть собаку, но если разобраться, то она ничем не была хуже головастиков и прочей живности, обитавшей здесь. Мясо, конечно, так себе, но если учесть его количество, то вполне сносная добыча. Джон связал его задние лапы и привязал тушу к рюкзаку. Ноша стала несколько тяжелее, но гораздо хуже, когда рюкзак безвольной тряпкой висит на плечах и взять оттуда нечего.
Это место Миллстоун запомнил ещё и потому, что здесь можно было набрать дров для костра. Сейчас запасаться ими не было смысла. Он либо осмелеет и подастся в город на ночлег, либо вернётся. Возможно даже на место предыдущей ночёвки. После небольшой передышки и перекура Джон отправился на юг. Здесь город скрывался за холмами, и можно было подойти ближе, чтобы осмотреть его в бинокль, что Джон и сделал.
