Милочка Мэгги полностью

Клод откуда-то достал стопку матовых цветных литографий. Выбрав одну, он показал ее собравшимся.

— Здесь рассказано, как накрыть стол для гостей.

На карточке был изображен стол с кружевной скатертью, свечами, розами сорта «Американская красавица», серебряными приборами, хрусталем, блюдом с индейкой и ведерком с шампанским.

— Как прочистить забитую раковину, — он продемонстрировал карточку с изображением раковины.

— Как пеленать младенца, — публике была продемонстрирована карточка с розовощеким златоглавым младенцем в задрапированной кружевом люльке.

— Как вымыть обои…

Потом Клод показал собравшимся те же картинки, но уже в самой книге. Все были немного разочарованы. Иллюстрации в книге были размером два на четыре дюйма и черно-белые.

Расхвалив книгу с иллюстрациями, Клод перешел непосредственно к торговле:

— С потенциальным покупателем лучше всего общаться после обеда, когда он расслаблен и в благодушном настроении.

Один из мужчин поднял руку.

— Вопрос? — спросил его Клод Бассетт.

— Я днем работаю.

— Он имел в виду после ужина, — объяснил другой мужчина.

— Конечно, — согласился Клод. — Спасибо. Пусть будет после ужина. Вы держите книгу на сгибе локтя… вот так. Звоните или стучите в дверь и приветствуете потенциального покупателя приятной улыбкой. Вы начинаете с «Меня зовут…» — он взглянул на Милочку Мэгги. — Как вас зовут?

— Меня?

— Да, будьте любезны.

— Маргарет Мур.

«Вот, — подумал Клод, — я уже знаю, как она выглядит, как звучит ее голос и как ее зовут».

— Значит, вы улыбаетесь и говорите: «Меня зовут Маргарет Мур. Я живу в соседнем квартале и зашла проведать, как у вас дела». Потом дайте слово потенциальному покупателю, а потом, как бы между прочим, упомяните книгу…

Час тянулся бесконечно. Двое из сидевших на полу мужчин исподтишка играли на пальцах в чет-нечет. Старик глубоко спал, широко раскинув ноги и привалившись к стене, и похрапывал в такт Клодова голоса. Четвертый мужчина сидел, подперев подбородок рукой и угрюмо рассматривал рисунок на линолеуме. Милочка Мэгги сидела, небрежно сложив руки в замок на коленях, с безмятежной полуулыбкой на губах. Остальные девушки напряженно подались вперед и не отводили глаз от Клода, не понимая ни слова из того, что он говорит, но подсознательно пытаясь выставить себя желанными самками перед привлекательным самцом.

Наконец, Клод добрался до сути дела: курс состоит из еще четырех занятий по двадцать пять центов каждое. Деньги вперед. Первый урок был бесплатным. В конце каждый получит свидетельство об окончании и экземпляр «Книги обо всем» бесплатно. Потом они применят полученные знания на практике и продадут книгу за два доллара. На вырученные деньги каждый получит от него по две книги по закупочной цене в один доллар. Они продадут полученные книги и купят у него еще по четыре, продадут их и купят по восемь… шестнадцать… тридцать две… шестьдесят четыре… И так далее до бесконечности — во всяком случае, впечатление создавалось именно такое. И все за первоначальный взнос в один доллар и немного свободного времени!

Милочка Мэгги вспомнила, как когда-то в детстве пыталась приумножить свой капитал. Ей выдавали пять центов в неделю. С желанием хотя бы удвоить эту сумму, она купила кренделей у обосновавшегося в подвале пекаря по оптовой цене в один цент за две штуки. Одолжив у матери корзину, с которой та ходила на рынок, она воткнула с одного конца палку, нанизала на нее крендели и в тот же день продала все десять в Куперс-парке.

Снова удвоить вырученные деньги казалось проще простого. На следующий день после школы Милочка Мэгги купила двадцать крендлей и тоже их продала, хотя ей потребовалось на это больше времени. Потом была суббота. Милочка Мэгги раздумывала, удовлетвориться ли ей имевшейся выручкой или продолжить. Она купила сорок крендлей. И продала два. А потом начался дождь. Лило три дня подряд. Крендели размякли от воды, и Милочка Мэгги потеряла не только прибыль, но и первоначально вложенные пять центов. Кроме того, отец рассердился на нее и почти всю неделю заставлял есть крендели вместо хлеба. Вспомнив все это, она громко рассмеялась.

Клод тут же взглянул на нее.

— Мисс Мур, вам весело?

— Нет. Я просто вспомнила про крендели.

— Про что? — изумленно переспросил он. И резко наклонил голову, чтобы лучше слышать.

— Про крендели. — Милочка Мэгги произнесла это слово по-бруклински: «грендели».

Клод запрокинул голову и расхохотался. Мужчины тоже засмеялись. Девушки заерзали, и комната снова наполнилась перезвоном и волнами ароматов.

Один из мужчин изрек:

— Какая она задорная.

Другой ответил:

— Да уж. Вот бы моя жена… — он отмел в сторону неблагонадежную мысль. — Ну, как бы там ни было, моя жена трудится не покладая рук.

Остальные девушки ослабили свое слащавое внимание. Они поняли, что проиграли. Интерес и внимание лектора уже захватила прыткая мисс Маргарет Мур. Они перешептывались под смех мужчин.

— Я бы лучше умерла, чем надела такое дешевое платье.

— Спорим, она сама его сшила.

— Ага. И без выкройки.

— А какой у нее старомодный гребень в волосах!