Тони не относилась к поборникам чистоты крови. Более того, она искренне считала, что брак… ну и что? Хороший человек может родиться и в канаве, подонок может родиться во дворце, а уж о законности рождения и вовсе говорить нелепо. Святить то, что Творец благословил?
Смешно и нелепо.
Ублюдок тут не в плане незаконнорожденности. А просто… мерзкая личность. Тварь. Гнида.
Ублюдок, вот именно…
Унижать связанного? Беспомощного? Избивать его…
Но сцену избиения приходится досмотреть до конца. До того момента, как Мединальо-младший вытирает платочком ботинки и бросает его на ковер рядом с пленником.
– Убрать.
К виду измененных Тони уже привыкла. Подумаешь, морды не те или хвосты в наличии? Бывает! Главное, чтобы вот это до нее не дотрагивалось. Хотя и гадкий же вид у существа, которое слепили из двух частей… верхняя почти человеческая, не считая клешней. Нижняя… у него просто крабьи ноги. Вместо обычных, человеческих, у него лапы краба. Четыре пары. И нижняя часть тела расширена, чтобы они все уместились. Клешни находятся на стыке двух половин. Блекло-серые, даже на вид – гадкие, но очень острые.
Что там у него с размножением, Тони и знать не хотелось. И думать – тоже.
– В темницу, тан?
– Нет, – морщится сопляк. – Брось его в бассейн со своими родственничками. Пусть жрут свежатину.
Тони понимает, что это значит.
Рауль Дези Фуэнтес – тоже. Он закончит свою жизнь в бассейне с плотоядными крабами. И это будет очень больно и мучительно.
Впрочем…
– Рано или поздно, ублюдок, вы все сдохнете.
– А пока сдохнешь ты, – шипит юноша. – Первым!
Рауль улыбается. Горько и насмешливо.
– Попомни мои слова, тварь. Вы сдохнете. Все.
И так это звучит…
Тони в его слова поверила. От и до.
Краб перехватывает человека и почти уносит из кабинета.
Катится по полу дешевенький медный браслет… Мединальо поднимает его и вертит в пальцах.
– Трофей…
– Он долго мучился?
– Кто именно, ритана?
– Рауль Дези Фуэнтес. И не надо лгать. Вы знаете эту историю, герцог. А ваш… предок не мог не поинтересоваться.
– Рауль?! Что с ним случилось?! – взвился внутри голос Шальвена.
Герцог де Медина медленно склонил голову.
– Отдаю должное вашей проницательности, Антония. Он поинтересовался, все верно.
– И? Как он умер?
– Убили? Твари…
И столько ненависти Рейнальдо вложил в эти два слова, что Тони едва не вздрогнула.
Жутко. Страшно и жутко, и больше тут даже сказать нечего. Это уже не обычное чувство. Это… одержимость? Нет, Рейнальдо не одержим местью. Но ни один мединец от него не скроется. Нигде и никогда. Они заплатят и за его жизнь, и за жизнь его друга.
– Вообще не мучился. Крабам нужна вода, а мединцы в те времена… не отличались умом.
Можно подумать, они сейчас стали гениальными. Но эту мысль Тони придержала. Ни к чему.
– Крабы находились в бассейне. В одной части вода, в другой песок. Когда Фуэнтеса туда сбросили, он смог перекатиться и добраться до воды. Откачать и привязать его не успели. Зверушкам пришлось жрать дохлятину. Мой предок был весьма расстроен этим обстоятельством. Больше он такой оплошности уже ни с кем не допускал.
