Милый яд полностью

Она поморщилась, что вызвало в воображении тысячу сценариев того, что может пойти не так. Не говоря уже о том, что мы говорили о Тейте.

– Доктор засунул зеркало слишком глубоко. Напугал меня на целый год.

Ты можешь это сделать. Рейган будет впечатлена. Повышение у тебя в кармане.

– Значит, я скажу Сильвии, что ты хочешь записаться на прием? – спросила Рейган.

Я поймала себя на том, что киваю.

– Спасибо.

У меня скрутило живот.

– Прием назначен только на вечер пятницы, но ты выглядишь усталой, – она окинула меня взором, задержавшись на моем лице. – Вот что я тебе скажу. Возьми выходной. Поспи немного.

– Спасибо, – повторила я, не чувствуя ни малейшей благодарности.

Это займет максимум двадцать минут.

В этом нет ничего особенного.

Ты справишься.

Ну-ну.

Преимущество девственности (по моему разумению, единственное), заключалось в том, что в форме для пациенток я могла с абсолютной уверенностью заполнить раздел об инфекциях, передающихся половым путем. В приемной Бернарда и Маркетти я записывала ответы, ожидая неизбежного момента, когда мы встретимся с Тейтом. Ассистентка врача забрала у меня бумагу и отвела в кабинет Тейта. К счастью, пустующий. Как только она ушла, я рухнула на самое дальнее от двери сиденье.

– Ты справишься, – я узнала о позитивном мышлении из научно-популярной статьи, которую прочитала на прошлой неделе. Можно с уверенностью сказать, что оно не сработало. Но мои слова были правдой. Я пережила события и пострашнее. К тому же, еще до приезда я решила, что не стану трусить. Что у меня нет для этого причин. – Рейган любит тебя, – она любит, и еще сильнее любит, когда ты ее слушаешься. – Ты командный игрок. Игроки команды получают повышение по службе и освобождаются от обычных обязанностей по разгребанию макулатуры.

В дверь постучали, и за ней раздался низкий голос Тейта.

– Мисс Ричардс, вы готовы?

Ой. Не мог бы ты спросить погромче? Чтобы показаться психически стабильным.

Чувствуя, как горят щеки, я прочистила горло.

– Готова.

Тейт вошел, выглядя спокойным, собранным и таким же оживленным, как пачка безглютеновых макарон. Если он и был удивлен нашей встречей, то никак этого не показал. Я затаила дыхание в ожидании, какую версию Тейта получу. В прошлый раз он не хотел со мной разговаривать. Но я предположила, что Тейт – профессионал и удосужится хотя бы поговорить со своей пациенткой. (Низкая планка. Я в курсе.)

– Мисс Ричардс, – Тейт взял папку, просунув под зажим листы, которые я заполнила ранее. – Я просмотрел ваш анамнез и заметил, что это ваш первый гинекологический осмотр, – он очевидным образом дал понять о нежелании меня осматривать.

Я чуть было не спросила, почему он вообще согласился, но для этого пришлось бы с головой окунуться в неловкий разговор. Нет уж.

Я вздернула подбородок, качая ногой взад-вперед.

– Ага.

Красноречиво, Шарлотта.

Я откинулась на спинку сиденья и скрестила лодыжки. Пока все казалось нормальным. Посильным. Сердце ходило ходуном в грудной клетке, а словарный запас у меня был сейчас как у первоклашки, но все же я выглядела спокойной.

Тейт прислонился к своей книжной полке, зажав папку под мышкой. Он выглядел профессионалом, но в то же время… мальчишкой. И вовсе не напоминал того мужчину, который трахал в стенах этого кабинета блондинку, заходящуюся в оргазме две минуты.

– Я могу позвать своего коллегу, доктора Бернарда, – это был белый флаг, и я уверилась, что ублюдок Тейт отступит сегодня на второй план.

Я обдумала предложение.

– Доктор Бернард – мужчина или женщина?

– Мужчина.

– Старый или молодой?

Тейт приподнял бровь.

– Пятьдесят с чем-то, полагаю. Хотите посмотреть фотографию?

Я склонила голову набок, хлопая ресницами.

– Не слишком ли странной покажется такая просьба?

Тейт подавил усмешку. Как же он напоминал мне Келлана. И все-таки они не могли бы быть более разными, даже если бы попытались. Очередное напоминание, что Келлан нравился мне больше, чем я позволяла себе признать в то время. Странно, что мои чувства к обоим братьям были такими сильными, но в то же время такими непохожими. Они пробуждали меня по-разному.

Прищурившись, Тейт изучал меня сапфирово-серебристым взглядом. Он положил телефон на ладонь, перелистнул и передал его мне. Я взяла его дрожащими пальцами, разглядывая фотографию на экране. Мужчина в синем галстуке улыбался в камеру. Он был похож на брата Болдуина.

Я вернула Тейту телефон.

– Даже не знаю. Меня никогда раньше не осматривали. А вы что думаете? Я должна согласиться на осмотр у совершенно незнакомого человека или у того, кого знаю и отчасти ненавижу?