С трудом сдерживая волнение и, стараясь не показывать свою щенячью радость, я делаю судорожный вдох и осторожно подаюсь вперед, поближе к заветным губам. Но боюсь прикоснуться - мне кажется, моя птичка снова упорхнет. Я просто дышу, наслаждаясь ее запахом и присутствием вообще. Этим мгновением, в котором есть только я и Миша, сидящая на мне.
- Мучай меня, - шепчу хриплым голосом прямо ей в губы, не веря в происходящее. Моя просьба больше похожа на мольбу. - Мучай, сколько хочешь. Пожалуйста...
Только не уходи. Хочу закричать ей, но, конечно, молчу. Не хочу подкидывать эту дряную идею. Если ей захочется по-настоящему уничтожить меня, то лучшего способа не придумать. Показаться и снова исчезнуть. Это меня окончательно добьет.
- Хм. Посмотрим, что можно сделать. - Новая Миша довольно уверенно держится, доминируя надо мной. А я рад делать все, что она скажет, лишь бы не останавливалась. Мне кажется, я совсем перестаю соображать от нахлынувшего адреналина.
Внезапно она делает движение бедрами, плавно покачиваясь на моем каменном стояке, который я даже не заметил. Из меня невольно вырывается приглушенный стон. Кулаки за спинкой стула сжимаются.
- Черт... Пикачу...
- Заткнись. - Миша отвешивает мне приличную пощечину, от которой я дергаюсь. - Еще одно слово из этого грязного рта, и я свалю, без зазрения совести оставив тебя связанным. Понял?
Молча киваю, сжав нижнюю губу зубами. Боюсь показаться слишком довольным и счастливым, хотя меня всего распирает от эмоций. Господи, пусть хоть битой отдубасит, я совсем не против, если только она останется со мной.
- Ничего не изменилось. По-прежнему готов трахаться круглые сутки. Я тебя даже не целовала толком, а у тебя тут колом стоит. - Все это она произносит обвиняющим строгим тоном, оттянув резинку моих спортивных штанов. Через секунду она стягивает штаны вместе с трусами и оставляет их на коленях.
Я по-прежнему боюсь дышать. Но когда ее ладонь неожиданно обхватывает мой член, из меня снова вырывается стон.
- Странно, что ты не шпилишь свою сотрудницу, Василису. Я наблюдала за вами какое-то время, у нее отличная задница и красивое лицо. А ты на них даже не смотришь. Неужели все это время преданно ждал меня? - с издевкой спрашивает Миша.
Киваю головой, хватая воздух, потому что мягкая женская рука заскользила по стволу, лаская по всей длине, вверх-вниз. Мне хочется сорвать повязку и посмотреть на свою невесту, хочется обхватить ее крепко и никогда не отпускать, но связанные руки не позволяют этого сделать. Кто-то ей помогает, парень, может быть, он еще здесь, может, меня разыгрывают и снимают на камеру. Я не знаю. Мне плевать. Я просто наслаждаюсь каждым мгновением рядом с ней.
- А я трахалась со всеми подряд, напропалую. Пыталась выкинуть тебя из головы. Оргазм за оргазмом, бессонные ночи... Выкинуть не получилось. Ты и сам это, наверное, понял, раз я здесь.
Сцепив зубы, я делаю судорожный вздох и откидываю голову в эйфории, стараясь выбросить из головы образы Миши с кем-то еще, с Даней, например. Перед глазами темнеет от ярости и ревности, но в этот момент Миша убирает руку и приподнявшись, стягивает трусики, садится на меня голой и чертовски мокрой промежностью, трется, но не торопится опускаться на член, словно испытывая меня на прочность. Конечно, я не могу удержаться. От ощущения бархатной кожи и влажного жара все в моей голове плывет окончательно, а когда ее губы прикасаются к моим вместе с горячим языком, я взрываюсь и кончаю, хрипло постанывая и тяжело дыша.
- Пф. Быстро ты. Мы еще даже не начали, а ты уже все. Вот же жалкий извращенец.
Ничего не отвечая ей, я восстанавливаю дыхание и, не удержавшись, нежно провожу носом по ее линии челюсти. Она мгновенно отшатывается и резко царапает мою шею острыми ногтями.
- Не трогай. Сиди и не дергайся.
От ее дыхания и касания ногтей по коже я снова возвращаюсь в полную боевую готовность. Оказывается, для этого мне достаточно слышать ее голос и едва прикасаться. С ума сойти...
- Сегодня я просто тебя попользую. Ты мне не нужен, только твой член. Понял?
Киваю, но, кажется, моя безоговорочная капитуляция ее только злит.
- Как будто ты был бы против, - бормочет она с неприязнью. Хватает меня за щеки, сжав рукой и застыв. Мне кажется, она меня пристально разглядывает.
Как же мне хочется увидеть ее лицо и всю целиком, но я подчиняюсь ее правилам игры, послушно притихнув на месте.
- Какой же ты, наверное, был жалкий там, у Загса, - ерничает Миша. - Неужели, расстроился?
Она смеется надтреснутым смехом, а я молчу, позволяя ей делать и говорить все, что вздумается. Во мне ни капли злости или обиды, только возбуждение и сумасшедшая радость от происходящего. А еще... Еще ее смех кажется наигранным. Фальшивым. Почему-то хочется верить, что ей и самой было больно, как и мне. Ведь тогда бы это значило, что ей было
не все равно.