- Па-п-подожди... Егор... То есть С-Савва... - шепчу, тараща на него глаза, которые вот-вот вылезут из орбит. - Я-я... Я-я всего л-лишь...
Укол становится сильнее, мое блеяние его быстро утомило.
Злясь за собственное заикание, вздыхаю и, плюнув на все, сердито заявляю:
- Ты сам кто такой вообще?
Тот, наконец, моргает (а то я уже стала сомневаться человек ли он) и долго на меня пялится. Потом пинает длинной ногой стул перед ним. К нему испуганно оборачивается Витька Кудрявцев.
- Это кто? - равнодушный кивок в мою сторону. Как будто меня здесь не было.
- Так новенькая, - пискнул Витька. - Месяц назад пришла. Боброва Мишель.
В опустившейся тишине я сижу с кислым выражением лица в ожидании его смеха. Потому что я и сама знаю, как абсурдно звучит мое не совсем русское имя, которое с таким воодушевлением выбирала мне добрая маменька. С такой идиотской фамилией, знаю, все будет звучать смешно. Но блин, Мишель! Боброва Настя, например, не вызывала бы приступы гомерического смеха у каждого, кто это услышит. Но Боброва Мишель...
Впрочем, у этого психа на лице не появилось ни тени улыбки. Только брови чуть приподнимаются, утягивая за собой очки.
- Прикол.
Черт. Лучше бы поржал, честное слово. Потому что от этого его "прикола" замогильным голосом, от которого по телу бегут мурашки, хочется спрятаться под парту.
- Ты не мог бы убрать ножницы? - шепчу с дрожью, даже не пытаясь отодвинуться. Вижу его впервые, но после сцены с Кириллом меня не покидает стойкое ощущение, что он может воткнуть их без раздумий в кого угодно. Этот псих меня пугает до чертиков.
Он молчит, и я делаю еще одну осторожную попытку.
- Я никуда не денусь. Мои ноги явно короче твоих, ты догонишь меня в два счета.
Несу какую-то ерунду, пытаясь отвлечь, но опять ничего. Боже, может заорать? Здесь все-таки учитель.
Хотя... Пока тучная Инна Семеновна добежит до нас, ножницы уже будут торчать в моем бочку, поблескивая отполированной нержавеющей сталью.
Черт. Черт. Черт!
- Э-м-м, может поговорим? Я могу все объяснить, правда. Я и сама чувствую себя ужасно из-за произошедшего. Я не хотела... Я не знала... Правда! Вот. - Это все, на что я была способна в данный момент.
Сглотнув, я замолкла и, оторвав свой взгляд от ножниц, подняла глаза на его лицо. Тут же захотелось опустить их обратно, но я стойко продолжала смотреть на психа, стараясь казаться спокойной.
Куда там! Ноги тряслись, как после трехчасовой скачки на лошади. Как же хорошо, что я сидела!
- Ладно. - Он вдруг также легко убрал ножницы, как и приставил. - Поговорим. Расскажи-ка мне, Боброва Мишель, как ты будешь заглаживать вину.
- Я... Э-м-м...Ну...
- Тебе бы с логопедом позаниматься, - произносит с противной усмешечкой.
Вот ублюдок. Как будто не из-за него я тут заикой становлюсь. Поерзав на стуле, я пытаюсь отодвинуться подальше, но сделать незаметно это не получается. Он наблюдает за моими попытками дистанцироваться с легким интересом.
Ну ты и гнида, Кирилл. Мало тебе нос разбили. Подставил, так подставил. И ведь ни один из одноклассников и словом не обмолвился, что у Додика есть брат-близнец. Шизанутый псих. Интересно, почему он не ходил в школу целый месяц? Я ни разу не видела его, только Егора. Черт, они реально как две капли воды. И, кажется, у обоих есть диагнозы. Вот только если Додик кажется безобидным, то от этого персонажа бежать, сверкая пятками, хочется.
- Кричишь громко? - вырывает из мыслей голос Саввы.
- Чего?
- Хочу послушать твой крик. Громко кричишь?
Какого...? Мои глаза плавно мигрировали на лоб от его вопросика.
Да, ему явно такое нравится, вот психопат конченый. Он всерьез думает, что я буду кричать на уроке?
Скосив зрачки к переносице, парень вдруг замечает, что линзы очков покрыты кровью. Снимает и разглядывает их, покручивая в длинных пальцах, и я с содроганием замечаю, что на некоторых костяшках содрана кожа, на ранках запекшаяся кровь. Как будто совсем недавно этот псих лупил кулаками по чему-то твердому и жесткому, типа бетонной стены.
- Про твой айкью, вижу, нет смысла спрашивать, - заявляет одноклассник и тянет руку к моему горлу.
Я шарахнулась в сторону, но Савва всего лишь ухватил мой галстук от школьной формы. Он поднял на меня свои глаза, и мое сердце с криком свалилось в район желудка.
У Додика зелень глаз светлая и как будто сияющая светом. В его глаза приятно смотреть.
В эти страшно. Они тоже красивы. Темно-зеленые, как самая глухая чаща леса. Но пугающие, потому что ощущение, что в этой чаще кто-то есть. Стоит и смотрит, подглядывая за тобой, темный и зловещий. К такому мраку страшно повернуться спиной.
Воображаемая картина леса рассыпалась, и я вернулась в реальность, как только Савва дернул за узел и стянул с меня галстук. Затем спокойно принялся счищать им кровь с очков. Боясь даже пошевелиться, я молча смотрела на его действия.
- Домашних животных любишь? - Его следующий вопрос еще больше сбивает меня с толку.
Ебнуться можно. От его скачков от одного к другому у меня скоро мозг начнет плавиться. Что за дебильное собеседование? Меня на работу нанимают?