— Должен признаться, я фанат твоей фамилии. — поспешно проговорил Сент-Джонс. — Я искал тебя благодаря чужим сплетням, но теперь понимаю, что не обойдусь без твоих амбиций. Есть одно серьезное дело. И ты мне нужен. Твоя репутация бандитского мастерства весьма воодушевляет, поэтому я думаю, что мы сможем договориться.
— Я знаю, что моя шедевральная персона уникальна, но вряд ли мы сработаемся. — уверенно ответил Деймон и уже собрался направиться обратно в сторону машины, кивком подзывая за собой Кэтрин и Аларика, но Энзо резко преградил ему собой путь, нагло всматриваясь в его льдистые глаза.
— Спешу тебя огорчить. Восхищаюсь я вовсе не тобой, а твоим отцом. Джузеппе — истинный гений. Известный мафиози. Влиятельный человек. Однако в последнее время он слишком сильно теряет хватку, а ты — свежая кровь. Рвение и принципиальность. Но способностей у тебя как у годовалого ребенка.
— Тогда зачем тебе нужен ребенок в каком-то серьезном деле? — прожигая тем же льдистым и насыщенным недовольством взглядом, хрипло пробурчал Деймон.
— Потому что в случае чего, твой отец сможет взвозиться и отмазать тебя. А там, где ты, и я неподалеку. — совсем наивной интонацией разъяснил Энзо. Брюнет, не выслушивая дальше доводы Сент-Джонса, направился к воротам, зная, что друг и шатенка последовали за ним, полностью поддерживая неуравновешенность незнакомого им типа, однако Деймон резко остановился в шаге от выхода с захломленной территории, застывший и почувствующий неугомонное бьющееся ритмом сердца волнение в груди.
— Я бы не отказывался сразу на твоем месте. Посоветуйся с Еленой. Быть может, она не готова отдать жизнь взамен на твой отказ. — поразив панически оцепеневшего Деймона одним только именем, Энзо чуть заметно заулыбался, радуясь тому, как болезненно смог надавить на чувствительное место Сальваторе. — Не только ты знаешь всё о других. Например, сейчас она бухает со своей подругой-блондинкой.
— Она не пьет. — наотрез сказал Деймон, еле шевеля губами и боясь, что его голос сорвется на крик, который, в свою очередь, сопроводится неконтролируемой злобой, готовой вступаться за одно лишь упоминание о Елене своей пылкостью и жестокостью. И чуть погодя, словно принимая жестокий удар со всей своей стойкостью даже при поражении, брюнет добавил. — Где мне тебя найти?
— Поверь, я найду тебя, если ты мне понадобишься. — Энзо в последний раз наградил Деймона усмешкой победителя, а тот, не сказав и слова больше вместе со своим эскортом в лице Кэтрин и Аларика двинулся к машине, игнорируя вопросительные и непонимающее выражение лица друга.
— Она не пьет! — взорвав наконец-то свое шаткое терпение, вспыльчиво воскликнул Деймон, когда резко и раздраженно с шумом раскрыл входную дверь и сразу же наткнулся на двух нетрезвых девушек, нелепо танцующих посреди просторной гостиной. Еле сохраняя спокойствие Сальваторе смог распрощаться с достающим вопросами Алариком и на удивление озадаченной Кэтрин, чья помощь вовсе не понадобилась в их весьма странных переговорах, но теперь он с полной озлобленностью в уставших глазах смотрел на происходивший в доме беспорядок. Вокруг, словно по его же собственной вине, валялись несколько опустошенных бутылок шампанского, а тонкий плед на темном диване был истоптан и помят следами ног. Обе девушки, затихнув после долгого безостановочного и искреннего смеха и только сейчас заметив присутствие брюнета, направили более-менее внимательные взгляды охмелевших глазок на парня, который с неподдельной строгостью на лице возмущенно осматривал комнату. — Мейсон, будь добр, отвези Кэролайн домой. К Элайдже. — холодным и ничего хорошего не предвещающим голосом распорядился Деймон, и блондинка, отказываясь от любых протестов, послушно последовала за высоким охранником к выходу, напоследок поддерживающе и грустно улыбнувшись Елене. Послышался хлопок закрывающейся двери, и Гилберт осталась в пустом доме наедине с жестокой тьмой, которая льдистым взглядом испепеляла ее немного пошатывающееся тело.
— Теперь ты решил лишить меня еще и подруги? — с вызовом таращась на Деймона, недовольно прошипела Елена с необыкновенной храбростью в своем громком голосе. Брюнет молчал, будто и не намеревался хоть слово произносить в ответ, и только наблюдал за этим милым, совсем еще юным лицом двадцатидвухлетней девушки с нахмуренными бровями. Сальваторе, слишком хорошо познав жизнь за небольшое время своего существования, смог привыкнуть и вместе с тем выработать настоящее и непримиримое отвращение к опьяненным девушком, но сейчас, при виде этого неумеющего пить и едва державшегося на ногах маленького человечка с широко раскрытыми карими затуманенными глазками, к нему в сборник чувств подкрадывалось лишь доброе умиление. Он еле скрывал нежную улыбку за маской строгого и требующего серьезности в целях профилактики во благо уничтожения женского алкоголизма у Елены лица, но всем своим снова бьющимся и окрыленным влюбленностью сердцем чувствовал всю невинность и тоску девушки, которая лишь под влиянием других людей наивно верила в помощь шампанского.
