Дикарь тут же подхватывает Любу на руки и, ни на кого не обращая внимания, уходит из бара.
– Мы тоже можем уйти? – интересуется Рома, – или ещё хочешь насладится атмосферой данного заведения?
– Уходим. Заплачу только за счёт.
– Я расплачусь, это всего лишь этикет, а не способ решения твоих проблем, всё-таки хочется верить, что в моей компании тебе платят достаточно.
Решаю не спорить. Смотрю, как он подзывает официантку, а та только этого и ждала.
К нашему столику она буквально плывёт, грудь выпячена вперёд, губы уже накрашены ярко красной помадой и локоны забавно так пружинят. А она ведь ничего такая. Симпатичная.
И Рома на неё вон как смотрит.
Злюсь. Глупо. У нас же ничего не значащий роман, а я ревную. Костика никогда не ревновала, а тут левого мужика ревную.
– Счёт, пожалуйста, оплатой картой. – бросает Рома, разворачивается ко мне и жадно целует, – безумно соскучился по твоим губам, малышка.
Улыбаюсь. Счастливо. Пусть и временно, но этот мужчина мой.
Бывшего мужа, сидящего на скамейке возле нашего подъезда, я замечаю сразу. Хочется развернуться и сбежать – я совершенно не готова к разговору. Хотя и знаю, что говорить, и что правда и закон на моей стороне. Но не сегодня, и так весь день не заладился.
– Люда! – орёт на весь двор.
Тяжело вздыхаю. Всё-таки заметил. Иду к нему навстречу, стараюсь выглядеть уверенно. Вспоминаю наставления адвоката. Спасибо отцу Любы, он помог найти настоящего профессионала, который не только проконсультировал и подсказал, какие документы подготовить, если мама всё же решит судиться, но и помог составить иск на Костика.
– Это что?
А вот и документ.
Он трясёт копией иска прямо перед моим носом, чем раздражает ещё больше. Хочется эту угрозу осуществить, подать на него в суд только из вредности.
– Копия иска для ознакомления.
– Ты не посмеешь.
– Почему же? Разве там указана ложь? Ты забываешь платить алименты, забываешь возвращать долг.
– Люд, мы же не чужие люди и вообще ещё можем сойтись, а ты всё вот этим только портишь! Перечёркиваешь наше будущее! О сыне подумай.
– А я о нём и думаю. Единственная. Что ты устроил с нашими матерями?
Не выдерживаю и начинаю наступать на него. Хочется уничтожить. Придавить как надоедливого таракана, размазать каблуком об асфальт. Костик отступает, вжимает голову в плечи. Глаза бегают, будто ищет помощи. Боже, как же он жалок, а я слишком поздно заметила.
– Ты не понимаешь, – отступает Костя, – так будет только лучше. Сыну нужна полноценная семья, тебе легче, не надо самой всё тащить.
– Да что ты?! Когда мы были женаты, не помню, чтобы ты мне особо помогал.
– Я изменился, Люд. И я докажу тебе это! Не подавай в суд, не совершай ошибку, о которой будешь жалеть.
Устало качаю головой. Бред. Не верю ни единому слову бывшего мужа.
– Кость, я понимаю наших мам. Они всю жизнь мечтали, что мы будем вместе. А тебе зачем это? Ты ведь так мечтал о свободе. Спать с кем захочешь и не мучится угрызениями совести.
– Люд, не нужна она мне. Я понял, как заблуждался, мне не нужен ещё кто-то кроме тебя.
Костя тянет руку к моему лицу, а я отшатываюсь, не хочу, чтобы он касался меня.
– Мне жаль, что я позволил разрушить нашу семью, но я всё исправлю.
Не успеваю увернуться от поцелуя в щёку. Костя действует быстро. Мажет сухими губами по щеке, отстраняется и уходит, больше не сказав ни слова.
Мне тоже стоит идти, дома дел невпроворот, а я стою и смотрю на удаляющуюся фигуру бывшего мужа. В подъезд захожу, лишь только когда он полностью скрывается из вида.
– Папа приходил.
– Да, он дождался меня около подъезда.
– Он обещал, что завтра поедем смотреть матч.
В голосе сына слышу скепсис, но меня всё равно парализуют его слова. Что Костя затеял? Порой неделями не появлялся, а тут второй день подряд собирается появиться.
Самое удивительное, Костя на самом деле ведёт сына на матч. Когда прихожу домой квартира пустая. И хоть я знаю, где сын, но волнуюсь больше, чем от неизвестности. Как переступила порог квартиры, не выпускаю телефон из рук, мне постоянно хочется позвонить сыну, узнать, когда он вернётся.
Спустя пару часов сын сам мне звонит. Голос счастливый, перевозбуждённый.
– Ма, это было так круто! – Дениска запинается и уже виновато спрашивает: – Ма, можно я сегодня у папы переночую? Хотим поиграть в фифу.
«НЕТ» – готово громко орать всё моё нутро. Но я не имею права запрещать сыну видеться с отцом.
– Конечно.
Я даже пытаюсь улыбнуться, хоть сын и не увидит моей улыбки.
– Ма, ты супер! Только покорми Бамблби. Пока. Завтра увидимся.
Сын бросает трубку, а я продолжаю сжимать телефон. Сверлю взглядом потухший телефон. Символично. Внутри меня также всё гаснет. Сегодня я не выдержу одиночества – сожру себя ненужными мыслями. Ещё и этого чёртова зверя надо кормить.
Захожу в комнату сына, смотрю на жёлтого монстра и не решаюсь к нему подойти. Ну уж нет. Снова разблокирую телефон и ищу номер Ромы. Сам подарил, пусть сам и кормит.
– Да?
– Ром, мне надо гада покормить, а я не хочу к нему подходить.
– Приехать?
– Да.
– Минут через двадцать буду.
