Денис недовольно щурит глаза, поджимает губы – обдумывает мой ответ. Мне нравится, что он не рубит сгоряча, есть надежда, что договоримся. Но нет. Надежда быстро тает с его следующими словами, которые он буквально с презрением выплёвывает:
– Забирай Бамблби и уезжай. Ты нам не нужен, и твоя попытка подкатить к маме через меня провалилась.
Рассуждает совсем по-взрослому. Не знаю, радует меня это или огорчает.
– Я не пытаюсь подкатить к твоей матери через тебя. Мне это незачем.
– Отлично, тогда просто проваливай.
Прошлый раз я думал, что понравился парню – заблуждался. Кажется, меня ненавидят.
– Почему ты против моего общения с твоей мамой?
– Ты – лишний. Нам и вдвоем хорошо.
Морщусь от его ответа. Так себе ситуация, не скажешь ведь парню, что я не претендую на жизнь с ними. Но, с другой стороны, бесит, что он настолько против меня.
– Может ты хочешь, чтобы она помирилась с твоим папой, и вы снова жили все вместе?
Денис мотает головой.
– Говорю же, нам вдвоём хорошо. Рядом с папой ей было плохо. И с тобой ей будет плохо, – вынес мне приговор.
Я закипаю от гнева, что за сволочь бывший муж, раз не только Люда категорично настроена против отношений, но и ее сын.
– Я не обижу твою маму, – только и успеваю пообещать, перед тем как Люда появляется на кухне.
Она продолжает с опаской смотреть на нас с сыном и явно недоверчивое выражение лица пацана от неё не укрывается. Потому что начинает ещё больше хмуриться. Мне хочется подойти к ней, обнять, успокоить. Но провоцировать её сына не собираюсь.
– Что обсуждаете?
– Мужские разговоры, ма.
Только и отвечает. Садится за стол и начинает ковыряться в телефоне. Люда качает головой и проходит к рабочей зоне, начинает доставать чашки. Подхожу к ней, чтобы помочь, но мне не позволяют.
– Сама.
Бесит это слово, хочу стереть его из её лексикона. Но при Денисе не собираюсь спорить, молча забираю из её рук кружки и наливаю нам кофе.
– Денис, тебе что налить?
– Сам справлюсь.
Встает и выхватывает чашку из моих рук. Просто капец, какая самостоятельная у них семья! Прям до зубного скрежета не «нарадуюсь».
Завтрак проходит в напряженной тишине. Из квартиры выхожу первым, даю Люде спокойно попрощаться с сыном, как она привыкла это делать. И только в машине, когда уже едем до работы, задаю волнующий меня вопрос:
– Он тебя бил?
– Кто?
– Бывший муж.
– Не-ет.
– Унижал? Морально подавлял?
– С чего такие вопросы?
Сжимаю до скрипа кожи руль. Почему с ней всегда так. Сложно.
– Ответь.
– Нет. У нас не было домашнего насилия.
– Тогда почему развелась?
– Лучше одной, чем с таким мужем.
Мы заезжаем на парковку бизнес-центра, я поворачиваю голову к Люде. Хочу видеть ее глаза, когда задам следующий вопрос:
– А если с другим?
Люда поджимает губы, отвечать не торопится, а потом тихо произносит:
– Не думаю, что с другим будет лучше.
– Жестоко, но честно. – хмыкаю в ответ.
– Ром, насчёт свидания. Думаю, лучше отложить сегодняшнее. Не хочу расстраивать сына.
– Нет. Заеду за тобой в семь.
Люда бросает гневный взгляд, но не говорит ни слова, выходит из машины. Жду, что хлопнет дверью, но нет закрывает спокойно. А вот цокает по бетону громко – кто-то явно на пределе. Смотрю с улыбкой на удаляющуюся фигуру и не замечаю, как другая приблизилась к моей машине и аккуратно, но настойчиво стучит в окно с моей стороны.
Медленно поворачиваю голову, смотрю на знакомую рожу, что заглядывает в салон. Закатываю глаза – его мне только для сегодняшнего счастливого утра не хватало.
Глушу двигатель, вытаскиваю ключ из зажигания, пробегаю быстрым взглядом по салону и только после этого выхожу и иду к лифтам.
– Какими судьбами?
Мне не надо смотреть на собеседника, знаю и без этого, что он идёт рядом.
– Был недалеко, решил заехать, поздороваться. Давно не виделись.
Киваю. Виделись мы и правда последний раз давненько. И я бы предпочёл ещё столько же не видеть этой холёной рожи.
– Красивая девушка.
Говорит между делом, а я напрягаюсь всем телом. Мечтаю развернутся и заехать по наглой роже, но всем видом показываю, что мне нет никакого дела.
– На Яну совсем не похожа.
– Ты заехал обсудить моих сотрудниц?
Не выдерживаю и всё-таки смотрю на собеседника. Смазливое лицо, белоснежная улыбка, идеально выбрит, не то, что я. В дорогом костюме, но по-прежнему худоват. Со спортом он всегда был на «вы».
– Она вышла из твоей машины. Служебный роман? Серьёзно, Ром? Какая банальщина. – закатывает глаза.
– Отжать у друга фирму и невесту совсем не банально. Ты прав.
– Фирму я не отжимал, ты сам решил уйти.
– А что ты предлагаешь, я должен был остаться и любоваться вашими с Яной отношениями?
Бывший друг пожимает плечами. Он ни тогда, ни сейчас не понимает моего решения уйти.
– Так ты поделишься, какого чёрта я вижу твою рожу?
– Слишком грубо, Ром, твоя матушка не одобрила бы. Ну и не будем же мы дела обсуждать в лифте?
Я бы вообще предпочёл не обсуждать дела с этим человеком. Кто предал один раз, предаст снова. Хотя вопрос о предательстве спорный.
Мы молча доходим до моего кабинета. Галина уже на месте, разговаривает с кем-то по телефону, но как только видит нас, прощается.
