– Лиси, пусть принесут всё, как обычно. На двоих. – Дерик хватает меня за руку и тащит не внутрь помещения, а направо к винтовой лестнице.
– Ты что придумала, Джина? – шипит он, поднимаясь наверх.
– Это я тебя хочу спросить. Как ты можешь быть таким козлом? У тебя же есть девушка! А ты то Эльме под юбку заглядываешь, то теперь этой. И да, я узнала её. По её жуткому гнусноватому писку. Это её ты притащил домой, так что не оправдывайся, не поверю. Чёрт, Дерик, ладно ты законченный урод для меня, но зачем так обращаться с ней? Где твоя гордость, в конце концов? Нельзя так. Ты и понятия не имеешь, как себя будет чувствовать она…
– Джина, чёрт возьми, о чём ты говоришь? – повышая голос, произносит Дерик, когда мы оказываемся этажом выше.
Вырываю свою руку и презрительно смотрю на него.
– Ты изменяешь своей девушке. Если уж у тебя так зудит в штанах, то обратись к урологу и пройди курс лечения. Подхватил, видимо, что-то от этих девиц. Но хватит морочить бедняжке голову. Это неправильно. От этого ты круче не становишься, а выглядишь, как доступная шлюха, – шиплю, указывая на него пальцем.
– Она больная. Надо просто смириться, – Дерик шумно вздыхает.
– Так, ты что, обо мне?! Это я больная? Я не зажимаю девиц по углам и не бью их по тощему заду! Это ты…
– Джина, закрой рот. Ты меня уже утомила. Ты явно не в себе, – фыркая, Дерик разворачивается и идёт по пустому залу.
Надо же, здесь есть ещё один зал. А я не знала. Но в нём нет посетителей, хотя есть столики, разделённые перегородками. Да и света здесь нет… хотя есть, столик на балконе освещён. Там стоят свечи. Что за ерунда происходит?
– Дерик, не смей так уходить! Мы не закончили. Если тебе никто не мог сказать в лицо, какой ты скотина, то это не значит, что ты не такой. Неужели, нельзя хранить верность одной? Нет, я не понимаю. Это так сложно? Если да, то не вступай в отношения. Но выглядело это противно и гадко. Даже для меня, которая отношения к тебе не имеет. А что будет с ней? – продолжая возмущаться, подхожу к нему.
Дерик садится в кресло и закрывается от меня меню.
– Эй, я с тобой говорю, молодой человек. Не смей уходить от темы. – Зло опускаю меню рукой и сверлю Дерика взглядом.
– Как ты меня назвала?
– Это чтобы привлечь твоё внимание. Серьёзно, прекрати морочить голову своей девушке. Будь мужчиной, а не обманщиком. Пусть ты так повышаешь свою самооценку, но от этого лучше не становишься. Ты и понятия не имеешь, что она будет чувствовать, если ей кто-нибудь расскажет обо всём, – произношу, качая головой, и сажусь в кресло, стоящее напротив.
– Тебе приносили сегодня вино или что-то покрепче? – прищуриваясь, спрашивает он.
– Увы, нет. Но я бы выпила, чтобы не видеть твою противную физиономию. А теперь она ещё и тошнотворной кажется из-за твоих измен, – кривлюсь я.
– Тогда скажи, какой гремлин в тебя вселился? Что ты несёшь? – Дерик бросает меню с напитками на стол, чуть не сбивая свечу, но я успеваю её удержать.
– Конечно, ты сейчас раздосадован из-за того, что тебя поймали за яйца. Но ты даже не скрываешь того, насколько ужасно поступаешь с девушкой. Я всё могу понять, правда, и ты взрослый человек, но если у тебя квест на поиск свободной норы, то прекрати убивать всё то прекрасное, что о тебе думает она.
– Джина…
– Ты просто не знаешь, каково это, когда тебя бросают, и мало того, что бросают, да ещё и долго обманывали. Я знаю. Со мной это было дважды. Дин меня обманывал, точнее, многое недоговаривал о себе, а потом вовсе исчез. И это изменило мою жизнь. Если бы он сказал правду, то всё было бы иначе. Это больно, Дерик. Это очень больно, и сердце разбивается на куски. Из-за него я выбрала иной путь, который привёл меня к очередному обману, тайным изменам моего жениха и затем к его побегу. А всё из-за лжи, понимаешь? Скажи ей правду. Пусть она сначала будет ненавидеть тебя, но потом поблагодарит за то, что ты был честен. Неужели, это так сложно? Да и к тому же, думаешь, эти девицы будут держать язык за зубами, когда увидят её? Нет. Женщины – самые гадкие существа на планете, у них нет совести. Так что скажи ей о том, что между вами всё кончено. Прояви хотя бы уважение к тем годам или месяцам, которые она потратила на тебя, – говорю, указывая на Дерика пальцем.
Он ударяет себя по лицу и проводит ладонями по щекам.
– Как у тебя мозги устроены, а? Ты, вообще, адекватная?
– Я, не совсем и признала это. Но ты просто мерзавец, что ещё хуже. Я не побоялась сознаться в своих минусах, а ты – нет. Почему вам, мужчинам, это так сложно сделать? Вы что, извращённое удовольствие получаете, изменяя и обманывая? Какой в этом толк? – возмущаясь, всплёскиваю руками и отворачиваюсь, всматриваясь в панораму города.
– Так. Кто такая она? И какого чёрта ты лезешь в мою личную жизнь? Она тебя не касается, Джина, – рычит Дерик.
Бросаю на него взгляд и усмехаюсь.
– Ты прав…
– Вот на этом и закончим.
– Но…
– Джина, закрой рот!
