«Прекрасно. Тогда, смертные дети, внимайте моим словам! Жизнь очень сложна и трудна в любом мире. Как в Крае, так и наверху. Вы должны принимать решения самостоятельно, а не рассчитывать, что мир будет вам все подсказывать, избавляя от необходимости думать. Тем не менее, вы постоянно в дороге, потому что существует путь. Его создает ваш выбор. Ваши действия – это кирпичики, из которых выкладывается дорога. Вы создаете свой путь, и он так же реален, как железный меч. Будущее туманно – до определенного момента. Потом оно проясняется. И становится неизбежным. Вы приближаетесь к этой точке. И, в конечном счете, самый простой, правильный и мудрый выбор – это позволить мне съесть вас».
Мо всплеснула руками.
«О, просто прекрасно. Это все, чем ты можешь нам помочь?»
ЭД пожал покрытыми чешуей плечами.
«Вы хотели моего совета. А я самолюбив. Как и вся Вселенная. А еще голоден».
Дракон Края развернулся и полетел прямо на них. Но потом замер – и завис в воздухе. Не парил, а именно завис, словно гравитация на него не действовала.
«Я знаю тебя столько лет, Ультимо. Поэтому лучше всего будет, если ты разрешишь себя съесть. – Дракон недовольно скривился. – Ты никогда не разрешаешь себя есть. Какая скукотища».
У Кэна отвисла челюсть, и на гладком темном лице четко выделилась прорезь рта.
«Ультимо? Кто такой Ультимо?»
Но ЭД его не слушал.
«Ты знаешь?» – спросил он у Мо.
«Знаю что?»
ЭД вздохнул.
«Как жаль».
«Ты несешь какую-то бессмыслицу!» – воскликнул Кэн. В его зеленых глазах кипело отчаяние.
«Наша Вселенная – это одна большая бессмыслица, фрагмент. Так что я в нее идеально вписываюсь. А теперь уходите. Вы обещали. Оставьте меня в покое. Мне нужно еще многое подготовить».
«Постой», – подумала Мо. Ее мелко трясло. ЭД был таким огромным, просто невероятно огромным. Он мог раздавить Мо и не заметить.
«Мне нужно еще кое о чем тебя спросить. Один последний вопрос». – Мо поморщилась, а потом засунула руку в карман и порылась в нем. Там уже пошарил Джакс, но Мо самой не хотелось туда залезать. Она не знала, каким окажется на ощупь пустой пространственно-временной блок, но была уверена, что ощущение будет жутковатым. Так оно и вышло. Куб был холодным, сухим и необъятным. Если бы серый цвет был ощущением, то выглядел бы именно так. Мо совершенно не понравилось. Она почувствовала, как ее рука скользит по вещам, которые были ей незнакомы и непонятны, а потом пальцы зацепились за то, что она хотела достать.
Из кармана на свет появилось драконье яйцо. Мо показала его ЭД.
«Вот что у меня есть, – нервничая, подумала она. – Я нашла его у себя, и человеческий мальчик сказал… он сказал…»
В глубине глаз ЭД вспыхнуло пламя, и оно пылало ярче, чем ядро планеты. Зрачки зарделись белым ультрафиолетовым огнем. Его дыхание участилось. Большое, фиолетово-черное, сверкающее яйцо отразилось в глазах дракона.
«ЭД, – подумала Мо. Она не знала, как это вообще могло случиться, но должна была спросить. – Я что… я убила тебя?»
Закричав от невероятной ярости, дракон Края отлетел назад и выдохнул в сторону их крохотной жалкой колонны густой кипящий поток белоснежно-лилового огня.
Пламя почти настигло друзей, но за мгновение до этого Кэн и Мо растворились в воздухе.
Колонну охватил торнадо фиолетового огня.
Они уже давно ушли, но пламя все бушевало и ему не было конца.
<p>Глава 18. Телос</p>В городе было тихо.
