Нежданный подарок разрывал Андрею и сердце, и мозг не только потому, что исходил от ненавидимого им Михаила, не только потому, что к возможности получить в дар человека Господин Советник так и не привык… Этот подарок вызывал в нём горечь и растерянность как самим фактом, так и его несвоевременностью. Об этом без лишних подробностей, но абсолютно искренне Андрей и заговорил вслух. Прямота и открытость мужчины вызвала адекватную реакцию женщин и задала доверительную интонацию беседе. Стало ясно, что Алина тяжело переживает происходящие с ней последнее время события и страшно боится остаться в одиночестве или в обществе чужих и пугающих её людей. Из реплик Юлии выяснилась, что историю с рабами Михаила, и особенно юной девушки, она приняла близко к сердцу и оставлять Алину на произвол судьбы не намерена. Сложность ситуации, по мнению Андрея, неплохо знакомого с местными законами, заключалась в том, что даже просто передать девушку на попечительство Юлии было невозможно, пока новый Хозяин не вступит в права на неё… Трудно сказать, какие мысли бродили в её юной головке, но Алинка горячо уверяла, что была бы счастлива принадлежать Господину Андрею. Юле пришлось разъяснять девушке детали…
— Ритуал? — вздрогнула Алина и начала тревожно рассуждать вслух, — Но это же так гадко… Хотя у Господина Андрея наверняка всё иначе… Но мне будет больно!
— Больно? — удивилась заинтересованно слушавшая и наблюдавшая за ней Юлия, — Отчего же?
— Она — девственница, — мрачно подал голос Андрей.
— Как это?! — громко воскликнула Юля.
— После посвящения в рабыни, наш дорогой Михаил, отправил Алину в больницу, где ей полностью восстановили девственность, — угрюмо пояснил мужчина, — Более того, похоже, восстановили не только физиологическую девственность, но и психологическую!
— Вот это да! — воскликнула Вершительница, — Я слышала о таких изощрённых операциях, но вижу впервые…
— А без Ритуала никак нельзя? — тоненько простонала девушка, и увидев, как Юлия качает головой, уронила голову на руки…
Успокаивающе поглаживая Алину по голове Госпожа Вершитель на время ушла от болезненной темы, перейдя к разговору об Андрее, несмотря на его неудовольствие. «Твои рабы живут не так, как принято у других Хозяев в Княжестве, я это точно знаю… — утверждала она, — Наличие ремешка с твоим именем на шее — это знак принадлежности к особому кругу людей, близких тебе людей. Никого из них ты не подставишь, не выгонишь вон, не продашь и не променяешь… Поверь, я всем сердцем желаю оказаться в этом круге! Скажешь, что это мой каприз? Нет, дорогой! В этом желание доказать тебе свои искренние намерения и успокоиться самой… Прекратить тревожиться о завтрашнем дне и вздохнуть полной грудью… А Ритуал… Да, это символ рабства, в нём должно присутствовать даже не послушание, а покорность и повиновение… Даже унижение рабыни, которое ты обязан обозначить, я считаю добровольным самопожертвованием!»
— Госпожа Вы просите Господина о Ритуале, как об одолжении?! — поразилась Алина.
— Не об одолжении, девочка, а об акте наивысшего взаимного доверия! — ответила женщина удивительной стати и красоты, которую невозможно было представить унижающейся рабыней, — У Господина Андрея по-другому и быть не может!
— Тогда и я хочу этого! — твёрдо объявила девушка слабым голоском.
— Девочки, а у меня тоже есть мнение на этот счёт, — не выдержал Андрей, — Если, как говорит Юлия, существует мой особенный ближний круг, то было бы странно вдруг пригласить в него совершенно незнакомую девушку, не правда ли?
— Ах, Господин Советник, конечно, всё это правильно и разумно, — тяжело вздохнула Юля, — Я тоже совсем не знаю Алину, но… В сущности, она такая же жертва Михаила, как и я… Знаешь, мой дорогой, во мне живёт уверенность в том, что тебе не обязательно хорошо знать человека, чтобы понять… Ты можешь его… почувствовать… если захочешь.
Андрей не знал, что двигало им в этот момент, но он протянул руку рыженькой девушке и усадил её к себе на колени. Алина немедленно прижалась к мужчине и облегчённо вздохнула, Андрей обнял худенькую девичью спинку и замер. В комнате повисла пауза… Через несколько минут мужчина немного отстранил девушку от себя, заглянул в её глаза и погладил по голове…
— Вот видишь, — произнесла Юлия, словно констатируя очевидное, — Никто, кроме тебя, не сможет показать Алине, как отличается добрый Хозяин от злого и равнодушного, один мужчина от другого…
Решение Господин Советник принял парадоксальное. Принимая во внимание неожиданно горячее желание Юли принять участие в судьбе Алины, Андрей назначил на полдень следующего дня Ритуал, который должен был стать как актом официального вступления Хозяина во владения рабыней, так и актом передачи её новой Хозяйке. Госпожа Вершитель выразила полное согласие, попутно уговорив Андрея допустить и её в «свой особенный круг». «Если тебе так хочется, чтобы время от времени я помыкал тобой и относился, как к рабыне, что же… Изволь!» — вздохнул Господин Советник и, увидев как загорелись глаза Юлии, в сердцах махнул рукой:
