Ещё немного полежав в его объятьях, мне всё же пришлось подняться и уйти в душ, чтобы сбросить напряжение, потому как само оно уходить не желало. А Крис предпочёл успокоиться без этого, просто включив на телефоне какой-то фильм, чтобы отвлечься, который мы досматривали уже вместе перед сном, забив на ужин и даже на массаж, который пошёл куда-то не туда. Сейчас хотелось только нежиться в объятьях друг друга и больше ничего.
Произошедший в пошарпанном отеле инцидент мы решили больше не обсуждать, а просто сконцентрировались на поездке и её цели. Так что остальные два дня и новая ночёвка прошли более спокойно. Мы оба старались не дразнить друг друга, уже зная, что это приведёт только к новым сожалениям и извинениям. Видимо, мне и правда лучше было поумерить пыл и ждать, когда Крис примет меня полностью, вместе с моим возрастом. Ждать, когда нас обоих перестанет это тревожить. И даже думать не хотелось, сколько времени это может занять.
В своей «взрослой» лежачей реальности я потихоньку мог всё больше времени проводить в бодрствовании, головные боли становились легче. По крайней мере, в один из дней я смог поговорить с мамой без какой-либо мигрени, что неимоверно радовало. Я даже, можно сказать, стал привыкать к этому состоянию постоянного гудения. Хотя, конечно, невозможность передвигаться и необходимость «ходить под себя» просто убивали весь моральный настрой. Некогда молодой и красивый парень теперь стал лежачим скелетом, недееспособным инвалидом. Из-за одной чёртовой оплошности. И хоть я понимал, что нужно это пережить, потерпеть, дождаться операции и стараться встать на ноги, но иной раз волком выть хотелось от понимания, насколько я теперь жалкий. Если бы не поддержка семьи и Пита, я бы, наверно, утонул в беспросветной депрессии. Но пока вроде бы старался держаться, постоянно внутренне себя подбадривая. Хотелось верить, что всё наладится.
Тёмные туннельные дороги заставляли впадать в некий гипноз. Теперь я даже позавидовал людям с машинами с автоматическим управлением. Это в нашем мире, когда едешь на байке где-то за городом, ощущаешь свободу, свежий воздух, любуешься видами, а здесь… Воздух везде одинаковый, потому что его одинаково фильтруют с поверхности, никакого ощущения свободы и никаких красот, в десятки раз красивее смотреть на город с высоты шоссе, пусть и прохладно там. И теперь я понимал, что ездить за город в этом мире на байке или даже на машине без автоуправления станет моим самым нелюбимым времяпрепровождением. Но этот путь нам уже было необходимо закончить.
К вечеру мы наконец добрались до места назначения. Нас встретила огороженная тёмная территория, похожая на старые заброшенные офисы или вроде того. Внутри за оградой стояло длинное трёхэтажное здание, окна в нём не горели, звуков слышно не было, на нескольких столбах вдоль ограды горели старые лампы — и всё на этом. И лишь старый мацс в небольшой кабинке для охраны намекал на то, что это место не забыто людьми.
— Извините, — произнёс я, уже начиная немного сомневаться, что мы не ошиблись. — Нам дали эти координаты, сказали, нас будут тут ждать.
Дедуле на вид было лет семьдесят: седина, морщинистое лицо, сухие руки и частично облезшие кошачьи уши — не самый надежный охранник для скрывающейся базы повстанцев. Хотя, возможно, они специально поставили сюда такого непримечательного человека, чтобы думалось, что он охраняет уже почти никому не нужные здания, а кто-то на самом деле следит за всеми приезжающими и уезжающими людьми по удалёнке, например?
— Ох, здравствуйте, — скрипуче произнёс старик, поправляя очки на переносице. — О гостях меня обычно заранее предупреждают. Можете протянуть свои браслетики, уважаемые? Посмотрю по компьютеру.
Я вздохнул и протянул руку в окошко кабинки, то же самое сделал и Крис, так и сидевший позади меня. Мацс взял старого образца сканер и просканировал наши браслеты, а потом посмотрел на свой довольно маленький экран. К сожалению, я не видел, что там написано. Но после одного взгляда, старик легко улыбнулся и зажал кнопку, открывая зарешёченные ворота.
— Добро пожаловать, ребята, — произнёс он, давая понять, что мы всё же не ошиблись.
Поблагодарив его, мы проехали на территорию, где для нас уже открывались и одни из ворот здания. Туннельная дорога повела вниз, на первый подземный этаж, и вышла на большую парковку с множеством машин. Не зная, где можно припарковаться, я просто остановился где-то посередине и, сняв шлем, огляделся. Вокруг не было ни души.
— И что дальше? — тихо спросил бельчонок, тоже сняв шлем.
Не решаясь пока что-то предполагать, я лишь пожал плечами. Парковка огромная, машин с пару десятков. Где-то в этом здании точно должны быть люди. Но где нам их искать? Не самим же шариться по всему зданию.
Я уже открыл рот, чтобы предложить хотя бы пройтись по первому этажу, как вдруг мы услышали мужской голос откуда-то из-за машин.
— Вы приехали. Прекрасно.
