Итак, у Джерри были возможности и средства. Осталось выяснить мотив.
– Агент Пайн?
Она подняла глаза и увидела, что Страуб смотрит на нее с тревогой.
– Вы в порядке?
– Я не уверена. Я совсем не уверена. Но я хочу, чтобы вы кое-что для меня сделали.
– Хорошо.
– Если что-то покажется вам подозрительным, сразу звоните мне.
– В каком смысле?
– Воспользуйтесь своими инстинктами, интуицией. Это важно.
– Хорошо.
Пайн вышла, и мысли у нее в голове метались со скоростью миллион миль в час.
Пайн и Блюм сидели в зале для зав-траков и пили кофе. Пайн закончила рассказывать историю о своих родителях, которую поведал ей Лайнберри.
Блюм довольно долго молчала.
– Удивительная история, которая многое объясняет, – наконец сказала она, наклонившись к Пайн.
Та сделала несколько глотков кофе и аккуратно поставила чашку на стол, хотя кончики ее пальцев слегка дрожали.
– Ну, я чувствую себя так, словно только что попала под поезд, – призналась она.
Блюм налила ей еще кофе и похлопала по руке.
– Чему тут удивляться? Вчера тебе рассказали, что твоя мать была шпионкой или работала под прикрытием – называй как хочешь – против мафии. Потом твоим родителям пришлось бежать, и вы все чуть не погибли, когда находились в программе защиты свидетелей. Ко всему прочему, тебя едва не убили, и ты получила ранение. Полагаю, за один вечер с тобой случилось больше ошеломляющих событий, чем со многими людьми за всю их жизнь.
– Должна существовать причина, по которой Мерси похитили, а меня тогда чуть не убили. Но я уже говорила, что считаю Мерси победительницей в той детской считалке. Так должно быть. А если нет, почему он не убил нас обеих? Зачем забрал ее с собой?
– Я не знаю, агент Пайн. Но в том, что ты говоришь, есть смысл.
– Однако ты в это не веришь.
– Ты сама мне говорила, что не стоит опережать события.
– Ты права. Я начинаю забегать вперед.
– Но кое-что представляется мне очевидным.
– Ты о чем?
– Дэниел Тор не имеет к этому отношения.
Пайн состроила гримасу.
– Он водил меня за нос. Не могу поверить, что потратила на ублюдка столько времени.
– Но ты не могла не пройти по этой дороге до конца, ведь зацепка была очень серьезная.
– А теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что подобное поведение не подходило под его образ действий. Он сам мне сказал, что никогда не забирал ребенка таким способом. И все, что нам известно о его преступлениях, это подтверждает. Я пыталась забить квадратный колышек в круглую дыру, потому что мне хотелось иметь чудовище, на которое я могла бы показывать пальцем.
– Я прекрасно все понимаю. И в этом есть позитивные моменты.
Пайн вспомнила свою последнюю встречу с Тором, который потребовал тогда, чтобы она называла его Дэн.
– Я больше никогда не увижу мерзавца.
– Совершенно точно.
– Ладно, теперь нужно проследить логику событий. – Пайн отставила чашку с кофе в сторону и наклонилась вперед. – Если то, что случилось со мной и Мерси, связано с деятельностью моей матери в Нью-Йорке, значит, люди из того мира нашли нас в Андерсонвилле.
– Но в таком маленьком городке, как Андерсонвилль, мафиози сразу привлек бы внимание, не так ли?
– Однако не все мафиози похожи на Аль Пачино или Марлона Брандо, и они не разговаривают, как персонажи «Клана Сопрано».
– Но каким образом кто-то чужой сумел пройти мимо твоих родителей, даже если они были пьяны? Они бы ему помешали, если только оба не находились без сознания. Эта часть всегда казалась мне лишенной смысла.
– У меня есть теория.
– Какая?
– В тот вечер моя мать вела себя странно. Помнишь, я тебе рассказывала.
– Да. Полагаю, ты много об этом думала. И пришла к каким-то выводам?
– Да. Мать уложила нас спать в обычное время, но не зашла в десять часов, чтобы проверить, как мы, она появилась только в шесть утра, намного раньше, чем обычно приходила нас будить. Эта информация есть в полицейском досье.
– И о чем она тебе говорит?
Пайн подняла голову.
– Я полагаю, моих родителей не было дома в ту ночь. Они куда-то уходили.
– И куда они могли пойти?
– К Принглам, где они пили и принимали наркотики. А потом моя мать пришла в себя, поняла, что случилось, бросилась домой, чтобы нас проверить, и обнаружила, что Мерси исчезла, а я была без сознания и едва живая.
– Но Принглы не могли такое забыть.
– Они солгали. Майрон сказал, что находился на работе, когда позвонила его жена и сообщила, что произошло со слов моей матери. Но я думаю, он все еще был дома и пьян. Возможно, ушел на шахту позднее, но едва ли кто-то это помнит. Они испытывали стыд из-за того, что произошло, а потому солгали. Они не хотели, чтобы кто-то связал их со случившимся. Вот почему они твердят, что не могут сказать, чем занимались в тот вечер, пока Майрон, наконец, не признался, что к ним в гости приходили друзья. Он лишь утаил, что друзьями являлись мои родители.
– Итак, твоя мать обнаружила, что ты едва жива, а твоя сестра исчезла. И у обоих твоих родителей началась паника.
– Однако было поздно. Худшее уже произошло.
– А почему похититель использовал детскую считалку, чтобы сделать выбор?
