Она откинулась на спинку стула.
– Как долго вы работаете в ФБР?
– Шестнадцать лет. Начал практически сразу после окончания колледжа.
– Молодец. А я в Бюро почти сорок лет.
Его глаза слегка округлились, когда он услышал слова Блюм.
– В администрации, вы хотите сказать?
Она вздохнула.
– Я рассчитывала получить от вас более здравую реакцию.
– И что вы имеете в виду? – спросил он, и в его голосе появилась враждебность.
– За годы работы в Бюро я лично подготовила почти четыреста агентов.
Ларедо начал было улыбаться, но по выражению лица Блюм понял, что она не шутит.
– В Бюро около одиннадцати тысяч специальных агентов мужчин и примерно две тысячи семьсот спецагентов-женщин, то есть соотношение более чем четыре к одному в пользу мужчин. А среди специалистов-координаторов, или в администрации, как вы изволили выразиться, на девять тысяч пятьсот мужчин приходится более тринадцати тысяч женщин.
– Мне неизвестны точные цифры, но я благодарю вас за информацию.
– Соотношение агентов не становится более благоприятным для женщин.
– Агентом быть трудно. Я не утверждаю, что женщины на это неспособны. Ваш босс тому доказательство. Но если женщина хочет иметь детей и семью, возникают проблемы. Бюро не приветствует подобные вещи.
– Быть может, им следует пересмотреть свой подход, ведь сейчас они лишают значительное число квалифицированных женщин настоящей работы.
– Уж не знаю, что вам ответить, я всего лишь рядовой в окопах.
– Я достаточно долго работаю с агентом Пайн. Она великолепный специалист.
– У меня нет в этом ни малейших сомнений.
– Я навела о вас справки, агент Ларедо.
Он распрямил плечи и заметно помрачнел.
– Прошу прощения?
– После того как я рассталась с агентом Пайн и прежде чем вернулась сюда, мне удалось поговорить с подругой. Из администрации. А она побеседовала еще кое с кем. И я очень быстро получила право на запрос о вас. Быстро для тех, кто работает в администрации.
Казалось, в светло-зеленых глазах танцуют электрические заряды.
– Я не уверен, что мне это нравится, – заявил Ларедо. – И сомневаюсь, что у вас есть право заниматься такими вещами. – Теперь он даже не пытался скрыть гнев.
– Вам еще не доводилось делать запрос на других членов Бюро? – осведомилась Блюм.
Ларедо собрался что-то ответить, но передумал и просто промолчал.
– Вы будете рады узнать, что на мой пришел положительный результат. Вы на хорошем счету. В вашем досье нет никаких проблемных моментов, – продолжала Блюм.
– Я бы мог и сам вам сказать, если бы вы спросили.
– А вы бы мне ответили?
– Едва ли. Я бы посчитал, что вас это совершенно не касается. Значок, который я ношу, уже сам по себе свидетельствует о моих достоинствах.
– Мне нравится иметь подтверждение.
– А теперь вы говорите как агент, а не администратор.
– Вас удивит, когда вы узнаете, как много умений агента администратор вроде меня приобретает за годы работы в Бюро. Но я не уверена, что это действует в обе стороны, – спокойно сказала Блюм.
Густые брови Ларедо полезли вверх.
– Что вы хотите сказать?
– Вам известны процедурные методы быстрого получения необходимого оборудования?
– Ну…
– Или как созвать удаленную конференцию с более чем пятью участниками, часть из которых находится за пределами США?
– Я…
– Или отрегулировать проблемы с суточными за работу во время праздников? Или какая часть вспомогательного персонала наиболее важна, если вы хотите организовать поиск в приоритетных базах засекреченных данных? Или как решается простой вопрос о том, какой департамент отвечает за поставки кофе?
– Я полагаю, что для решения подобных проблем и существует вспомогательный персонал.
– Вот именно. Мы команда. И вместе мы делаем большую и трудную работу, максимально используя наши общие возможности.
– Куда вы ведете?
– К моему исходному вопросу. Вы не хотите рассказать мне о себе и агенте Пайн? Именно это я имела в виду ранее – впрочем, вы меня прекрасно поняли.
– Я не думаю, что тут есть о чем рассказывать.
Блюм разочарованно откинулась на спинку стула.
– Я уже упоминала, что проводила неофициальные тренировки агентов, чтобы обучить их распознавать, когда люди начинают напускать туман? – спросила она.
– Вы хотите сказать «лгать»? Да, агенты проходят очень качественную подготовку в данном вопросе.
– Повторение пройденного еще никому не мешало.
– Хорошо, – со вздохом сказал Ларедо. – Так объясните мне. Вы думаете, я лгу?
– Вы смотрите вниз и вправо и скрещиваете руки на груди, когда отвечаете: «Я не думаю, что тут есть о чем рассказывать». Классическая попытка спрятаться в коконе или уйти от ответа. Кроме того, я вырастила шестерых детей. Вы бросаете на меня сердитые и дерзкие взгляды, какими отвечал мой девятилетний сын, когда делал что-то нехорошее, но отказывался это признать. Вы все еще хотите продолжать закрываться и повторять, что тут «нечего рассказывать»?
Ларедо помрачнел еще больше.
– Вы очень быстро подходите к границе, мэм. Мне бы не хотелось подвергать опасности вашу долгую карьеру в Бюро.
Она посмотрела на него без страха или гнева – в ее глазах была лишь печаль.
