Пройдя внутрь, мы попали в просторную гостиную с небольшой прихожей. Комната была выполнена, если можно так выразиться, в деревянном стиле. Дубовые панели, паркет. Множество растений в горшках и кожаная мебель. Гостиная производила впечатление уюта и покоя. Полностью домашняя обстановка, которая соответствовала своей хозяйке на все сто процентов. Странно, если честно, не думала, что вампиры могут так жить. Скорее ожидала чего-то более тёмного и мрачного. Готические замки, дорогие виллы, красные, чёрные цвета… а не старенький форд, деревянные панели и зелёные шторы на окнах. Это действительно заставляло меня о много задуматься.
Судя по всему, здание было разделено на две части, так как справа было расположено большое окно, сквозь которое виднелись деревья, которые вряд ли бы выжили в этой широте. Да и само здание явно было больше этой гостиной.
— Что это там за окном? — с любопытством поинтересовалась я.
— Что? — она рассеяно посмотрела направо, — а это моя оранжерея. На протяжении многих лет я занимаюсь выращиванием и скрещиванием растений. Это моя страсть. Позже, если захочешь, я устрою экскурсию.
— Вау, это звучит действительно здорово, — пробормотала я, подходя ближе к окну.
— Ну да, — всё также рассеяно ответила девушка, осматриваясь, словно бы кого-то разыскивая, наконец, её лицо прояснилось и она направилась к дивану. Быстро обойдя его, она наклонилась, а когда выпрямилась, у неё на руках оказалась большая белоснежная, пушистая кошка, явно недовольная тем, что её потревожили.
— Знакомься, это Белка, — с улыбкой на устах сказала Фрида, нежно прижимая кошку к груди, та в ответ недовольно мяукнула и тогда девушка опустила кошку обратно на диван.
— Ты назвала кошку Белкой? — с изумлением рассмеялась я.
— Ну да, это проказница когда-то обожала везде лазать, а уж как она умела прыгать! — сказала девушка, с умилением глядя на кошку. — К сожалению, но эти времена давно позади и теперь моя кошка превратилась в пожилую даму, которая большую часть своего времени тратит на сон, валяние на диване и пожирание всяких вкусностей.
— Ей теперь недолго осталось, старенькой совсем стала, — продолжила она уже с грустью в голосе.
— Все мы умираем, — попыталась я её утешить.
Фрида с усмешкой посмотрела на меня.
— Умираем?
— Ой, — я прижала ладонь к своим губам, — прости меня, я до сих пор не привыкла.
— Послушай, люди могут всякое болтать про смерть — она ждёт каждого. Но на кого не посмотришь, так все в глубине души верят в то, что бессмертны. Они не верят в смерть. А мы верим, потому что вампир может умереть только насильственной смертью. Поэтому для нас она всегда рядом, хоть и невообразимо далека, — в её словах сквозила странная мудрость, которая плохо сочеталась с её юным обликом, — это Белка номер девять.
— О чём ты?
— Когда мне было четырнадцать лет, моя мать подарила мне котёнка на день рождения. Я назвала её Белкой, когда увидела, как она лазит по деревьям. Потом, после того, как я стала вампиром, я забрала кошку с собой. В один из дней, она окотилась, так и пошло. Эта кошка далекий предок той Белки.
— Впечатляет.
— Все мы хотим близости, — с деланым равнодушием проговорила девушка, — ладно, давай я покажу, где здесь душ и дам тебе новую, чистую одежду.
Дом Фриды не переставал удивлять. Знаете, было действительно приятно оказаться в месте вроде этого. Оно пахло домом, пахло покоем и тишиной. Безопасностью. Мягкие махровые полотенца, уютная картинка с рыбками в ванной. Какие-то флакончики, баночки в душевой кабинке. Стоя под горячим душем и яростно отмывая своё тело от засохшей грязи, я буквально наслаждалась этой человеческой обстановкой. Это было так приятно, завернуться в большой пушистый халат с вышитыми цветами по краям и спуститься на первый этаж в кухню, чтобы получить только что приготовленное какао с взбитыми сливками. С удовольствием вдыхая аромат, исходящий от чашки, и доставая пачку сигарет, я забралась с ногами на просто огромный мягкий диван и закурила.
— Ну что, ты готова поведать мне свою историю? — лукаво улыбнувшись, спросила Фрида.
— Моя история будет слишком драматичной для того, чтобы быть правдой, — грустно улыбнулась в ответ.
— Но ты же сама хочешь мне всё рассказать? — она внимательно посмотрела на меня, доставая сигарету из пачки, — так что слушаю.
— Семь-восемь месяцев назад, я прошла на свою кухню, чтобы испытать нечеловеческую боль и потерять сознание, — ровным голосом начала я свою историю.
Когда закончила говорить, над кухней повисло тягостное молчание, а часы пробили полночь. Фрида дрожащими пальцами вытянула из пачки последнюю сигарету и лихорадочно закурила, прежде чем начать говорить.
— Знаешь, София. Я многое слышала в своей жизни, многое видела. Твоя история не выглядит пугающей, не вызывает настоящей жалости. Но она вызывает сочувствие, — хмуро проговорила она, — в первую очередь потому, что самое удивительное, что может приключиться с человеком в его жизни, окрасилось для тебя в мрачных тонах. Так не должно было случиться. За это твоего… создателя нужно будет наказать.
