Руби Пеллтиэй уперлась руками в тощие бока и, запрокинув голову, расхохоталась.
— А не сдрейфишь, если посреди ночи заявится дюжина дальнобойщиков и потребует яичницу, ветчину, сосиски, гренки и оладьи?
— Пожалуй, нет.
— Думаю, ты понятия не имеешь, о чем я толкую, но дам тебе шанс, парень. Пройди медосмотр, чтобы у меня не было неприятностей с санитарной службой, и, если все в порядке, приступай.
Джонни приступил, и после двух суматошных недель (и болезненных волдырей от ожогов на правой руке, когда он слишком поспешно сунул в кипящее масло лоток с картофелем фри) ему удалось войти в нужный ритм. Увидев в газете объявление Четсворта, Джонни отправил по указанному адресу свое резюме, отметив в качестве специальной подготовки прослушанный курс по проблемам необучаемости и трудностей с чтением.
В конце апреля, когда заканчивался второй месяц его работы в закусочной, он получил приглашение от Роджера Четсворта прибыть на собеседование 5 мая. Джонни взял выходной и в 14:10 чудесного весеннего дня потягивал из высокого запотевшего бокала пепси-колу со льдом в кабинете бизнесмена, слушая, как трудно Чаку дается чтение.
— Как считаете, это дислексия? — поинтересовался Роджер.
— Думаю, нет. Это похоже на обычный страх чтения.
Четсворт поморщился.
— Синдром Джексона?
Джонни был поражен. Да и как не удивиться?! Девять лет назад Майкл Кэри Джексон, специалист по технике чтения из Университета Южной Калифорнии, выпустил книгу «Невосприимчивый читатель», наделавшую много шума. Он описывал разнообразные проблемы, возникавшие при чтении. Они получили название «синдрома Джексона». Это была очень хорошая книга для тех, кому удавалось совладать с научной терминологией. И то, что Четсворту это удалось, красноречиво свидетельствовало о его решимости помочь сыну выкарабкаться.
— Что-то вроде этого, — согласился Джонни. — Но, как вы понимаете, я не видел вашего сына и не слышал, как он читает.
— У него остались «хвосты» за прошлый год. Их нужно досдать. Американская литература, материал по истории за два месяца, да еще и граждановедение. Он завалил выпускной экзамен, потому что не смог ни черта прочитать! У вас есть лицензия на преподавание в Нью-Хэмпшире?
— Нет, но получить ее — не проблема.
— И как бы вы поступили с моим сыном?
Джонни изложил свои рекомендации. Чаку нужно много читать вслух, причем упор следует сделать на литературу с увлекательным сюжетом: фантастику, боевики, приключения. Постоянный контроль за тем, понимает ли он прочитанное. И техника расслабления, описанная в книге Джексона.
— Зачастую отличникам приходится труднее, чем другим, — пояснил Джонни. — Они находятся в постоянном напряжении и невольно сами перенапрягают мозг, чем вызывают своего рода умственное заикание…
— Это Джексон так считает? — перебил его Четсворт.
— Нет, так считаю я, — улыбнулся Джонни.
— Хорошо, продолжайте.
— Если после чтения ученик имеет возможность расслабиться и у него нет необходимости тут же воспроизводить прочитанное, заблокированные каналы начнут прочищаться. И тогда у него произойдет переосмысление своего подхода, появится позитивное мышление…
Глаза Четсворта заблестели. Джонни невольно затронул краеугольный камень его жизненной философии и, не исключено, кредо всех, кому удалось самостоятельно пробиться в жизни.
— Ничто так не способствует успеху, как успех, — заметил он.
— Можно и так выразиться.
— Сколько нужно времени, чтобы получить лицензию на преподавание в Нью-Хэмпшире?
— Для соблюдения всех формальностей нужно недели две.
— Значит, вы можете приступить к занятиям двадцатого?
Джонни растерялся:
— То есть вы берете меня?
— Если это место интересует вас, считайте, что оно ваше. Жить вы можете в гостевом домике. Этим летом чертовы родственники и друзья Чака как-нибудь обойдутся, тем более что я намерен заставить его «пахать». Я буду платить вам шестьсот долларов в месяц. Это, конечно, не бешеные деньги, но если дела у Чака пойдут на лад, получите серьезные премиальные. Очень серьезные.
Четсворт снял очки и провел рукой по лицу.
— Мистер Смит, я люблю своего мальчика и желаю ему только добра. Помогите нам.
— Постараюсь.
Четсворт снова надел очки и взял резюме Джонни.
— Вы уже очень давно не преподавали. Разонравилось?
— Нет, просто я попал в аварию.
Четсворт бросил взгляд на шею Джонни, где остались шрамы от операций на сухожилиях.
— Автомобильная катастрофа?
— Да.
— Серьезная?
— Да.
— Сейчас, похоже, вы в полном порядке, — заметил Четсворт и убрал резюме в ящик стола. Как ни странно, вопросов у него больше не было.
Вот так после пятилетнего перерыва Джонни снова приступил к преподаванию, правда, на этот раз в его классе оказался всего один ученик.
— «И хотя я не… невольно оказался виновен в его смерти, он взял мою руку и, слабо сжав, улыбнулся, показывая, что не де… не держит зла. Это была тяжелая минута, и я ушел, чувствуя, что мне никогда не ис… не искупить того зла, что принес в этот мир».
Чак с треском захлопнул книгу.
— Все! Кто нырнет последним, тот слабак!
— Подожди, Чак!
