Под ногами хрустит перекалённый камень, бетон, встречаются изуродованные металлические скелеты моров. В круг света несколько раз попадались дурно пахнущие обугленные тела аборигенов. Большая часть останков была отброшена к стенам. Возле выступов или старых трансформаторных будок образовались целы завалы из того, что совсем недавно было людьми или роботами. Воздух ещё горяч, в нём много угарного газа, дыма и мало кислорода. Трудно дышать, в глазах расплывается, во рту появился металлический привкус, голова побаливает, но самое опасное - хочется лечь и заснуть. Так действует угарный газ. Если остановиться и прилечь - уже не встанешь, верная гибель. Чтобы хоть как-то избежать смертоносного убаюкивания Павел опускает голову, сгибает ноги в коленях. Идти в таком положении очень неудобно, но в голове немного проясняется. Пришлось опустится ещё ниже и идти на полусогнутых ногах. Это мучительно тяжело и выглядит очень глупо. Но никому из троих и в голову не пришло шутить по такому поводу, всё понимали, что это единственный способ остаться в живых. Светлое пятно приблизилось. Оказалось, это потолочный фонарь, чудом уцелевший от удара воздухом. Но дальше подземелье тонуло в полной тьме. Павел прошёл ещё немного, остановился. Самодельный фонарь из танкового цилиндра оттянул руки так, что они стали похожи на передние лапы орангутанга. Во всяком случае, Павлу казалось. Тротил почти весь выгорел, он уже не светил, а тлел и вонял гарью.
- Что будем делать, господа? - спросил Павел.
- Посидим, подумаем, - ответил Ледатр. - Ты не против, Серафим Иванович? - добавил он с плохо скрытой издёвкой.
Солидус пренебрежительно хмыкнул:
- Как будто у нас большой выбор ... Пять минут отдыха и вперёд!
Ледатру не понравился командный тон. Лицо скривилось, руки упёрлись в бока, правая нога выставилась. Он собрался было произнести что-то едкое в адрес любителя латыни и Фридриха, но Павел опередил. Он широко размахнулся и цилиндр с остатками тлеющего тротила полетел в темноту. Но к его удивлению, звука удара не услышал. Красный огонёк упал и исчез, словно провалился сквозь землю.
- А вот это мне не нравится, - пробормотал он.
За спиной раздались шаги, послышался голос Солидуса:
- Просто в яму упал, ничего особенного.
- Хорошо, если так. Зажигалка есть?
Щёлкнуло, вспыхнул дрожащий огонёк. Через несколько шагов глазам открылась очень неприятная картина - пол провалился от одной стены до другой, из громадной ямы тянет прохладой и свежим воздухом. Ниже края на двадцать метров видно овальное отверстие. Оно слабо светится и похоже, чистый воздух поступает именно оттуда.
- Слушай, Климочкин, если ты сейчас скажешь, что надо туда спускаться, то ... - недовольно заговорил Ледатр.
- То что? - сухо осведомился Солидус. - Обидишься и пойдёшь обратно?
- Я уже достаточно налазился по таким ямам. Там, внизу, точно такой тоннель. Нам надо выбираться отсюда, а не думать, как попасть в логово этой, как её ... Машки рыжей, - нервно произнёс Ледатр.
- А я что предлагаю? - удивился Павел. - Конечно, надо выбираться из этой норы и другого пути, кроме этого, я ни вижу. А ты, Серафим, видишь?
- Нет, - мотнул стриженой головой Солидус. - Один путь - вниз. А кто не хочет, пусть остаётся.
Спуск в яму занял почти час. Первым шёл Павел, за ним Солидус, последним, громко ругаясь, лез Ледатр. Спускаться пришлось по вертикальной стене, цепляясь руками за выступы и торчащие железные прутья. Несколько раз Павел опасно зависал на одной руке, а другой безуспешно шаря по стене в поисках какой-нибудь опоры. Но каждый раз находился кусок бетона или обломок ржавой трубы, уцепившись за который он быстро - пока не обломилось! - опускался ниже. Наконец, до края дыры осталось всего метров пять. Тоже немало, но если учесть, сколько уже преодолели, это сущая ерунда. Обливаясь горячим потом и тихо матерясь про себя, Павел спустился ещё ниже. До края всего ничего, но надо подумать, как лучше зацепиться, иначе сорвёшься в самый последний момент, когда до цели осталось рукой подать в буквальном смысле. Сверху донёсся шорох, несколько мелких камешков сорвалось в пропасть. Показались ноги в стальных пластинах брони, раздалось тяжёлое дыхание. Рядом, чуть повыше, остановился Солидус. Павел невольно обратил внимание, что на сияющей броне ни царапинки, хотя спуск часто превращался в сползание на брюхе по острым камням.
- Что у тебя за железо такое, Серафим? - спросил он.
- Что, какое железо? А-а, это ... Сплав модифицированной стали и полимера. Покрыт слоем какого-то сверхтвёрдого вещества, не помню уже названия. Один наш кулибин изобрёл технологию нанесения нанопокрытия.
- Это Иван что ли?
- Он самый. Толковый парень, только с глазами не повезло. Он рассказал тебе свою историю?
- Кратко. Если всё сделаем, как надо, поможем ему?
- Конечно, но как? Новые глаза не вставишь.
- Можно регенерировать. Стоит только очень дорого.
- Я о таком не слышал, - покачал головой Солидус. - А где взять волшебника, что умеет выращивать глаза?
