Прямой, как лезвие меча, тоннель убегает вдаль, расположенные через равные промежутки светильники сливаются в одну линию и пропадают. Павел убавляет яркость прожектора, чтобы понапрасну не расходовать энергию. Под ногами негромко хрустит гравий, звук отражается, убегает на потолок и оттуда уносится дальше и возвращается притихший, словно увидел впереди что-то нехорошее. Павел уже собрался было остроумно пошутить над выдуманными страхами девушки, но тут глазам предстало такое зрелище, что невольно прикусил язык. В слабом свете пыльных фонарей показались грубо сделанные из обрезков водопроводных труб кресты, осыпавшиеся могильные холмики. Когда подошли ближе, подземное кладбище открылось во всей красе: старые могилы рядами выстроились вдоль тоннеля. Их так много, что пройти можно только по узкой дорожке посередине, там, где проложены рельсы.
- Я …я … говорила, а вы не верили, - раздался за спиной дрожащий голосок Маши. - Видите, сколько их?
- Машенька, это всего лишь старое кладбище, - ответил вполголоса Павел. - Да, тут неприятно находится, но ничего страшного. Потерпи немного.
Когда первые могилы остались далеко позади, он почувствовал, как девушка толкает в спину.
- Ну что такое?
- Мне страшно сзади. Кажется, что могилы раскрываются и мертвецы идут за мной. Я всё время оглядываюсь, спотыкаюсь. Пустите меня вперёд.
- Да ради Бога!
Через несколько минут впереди показался идущий навстречу человек. Девушка с писком шарахнулась за спину и замерла там, словно гипсовая статуэтка. Павел тоже остановился, но не от страха. Когда неизвестный подошёл ближе, он удивлённо прошептал:
- Машка, неужели правда? Быть такого не может!
Приближающийся субъект действительно похож на живого мертвеца. Старинная пиджачная пара висит лохмотьями, вместо головы череп без нижней челюсти, шляпа с обгрызенными полями лихо сдвинута на затылок. Костяные ступни сухо постукивают по бетонным шпалам, в правой руке трость. Скелет приблизился. Глазные впадины тускло блеснули, словно внутри пыльное стекло, раздался дребезжащий старческий голос:
- Приветствую, господа! Могилы для вас готовы, извольте взглянуть.
Павел несколько секунд рассматривает удивительного незнакомца, словно диковинное насекомое, наклоняя голову то вправо, то влево. Откуда-то из середины груди снова звучит голос, предлагающий посмотреть на могилы. Девушка издаёт слабый стон, слышен звук падающего тела.
- Ах, вот оно что! А я думаю, ну как оно говорит без лёгких, нижней челюсти и языка. Смотри, Машка, как сделано, - радостно говорит Павел, обернувшись. Девушка лежит на шпалах, словно тряпичная кукла, не подавая признаков жизни. – Ну вот, обмороки начинаются. Только этого и не хватало, - с досадой произносит он.
Ходячий скелет в третий раз предлагает ознакомиться с могилками. Павел раздражённо хватает за грудки, энергично встряхивает. Кости осыпаются, словно высохшие иголки с ели, в руках остаётся только клок старой материи. На полу, в куче пластика и тряпок, блестит металлом телескопическая трубка искусственного позвоночника. На конце два треснутых стеклянных глаза, в середине старый динамик, соединённый проводами с пластмассовой коробочкой. Торчат ржавые спицы креплений, в тазобедренной кости спрятан двигательный механизм. Рядом валяется сломанный черенок от лопаты, который Павел сначала принял за трость.
- Ну, юмористы, блин! – смеётся он. - Эй, Машка, поднимайся, хватит в пыли валятся.
Поворачивается к девушке, осторожно тормошит. Студентка с трудом открывает глаза, маленькие пальцы судорожно вцепляются в железные плечи Павла.
- Что, что!? Вы расправились с ним?
Павел молча показывает большим пальцем за спину. Девушка изумлённо смотрит на кучку костей, взгляд останавливается на металлических деталях. Вопросительно поднимает глаза.
- Это кукла, - кивает Павел, - просто кукла. Учёные тоже шутят, правда?
Маша поднимается с пола, неверяще смотрит на остатки механической куклы с электроприводом.
- А мне рассказывали, что здесь настоящие живые мертвецы есть. Я сама их видела, правда!
- Ну да, таких как этот, - согласился Павел. – Ну что, идём дальше?
Оплывшие могильные холмики, покосившиеся кресты или прямоугольные куски бетона с полустёртыми надписями плывут навстречу, словно вехи судьбы. Сколько же народу здесь было, невольно думал Павел, тысячи, а может и больше. Каково им было тут, глубоко под землёй, без надежды когда-то увидеть солнце и небо? Поневоле начнёшь ненавидеть весь мир и желать ему гибели. Он взглянул на девушку, что опять бежит впереди. Интересно будет посмотреть на её дедушку. Шаги гулко звучат в тишине, отражаются эхом от бетонных стен. Внимание Павла невольно привлекают провода экрана, что густой сетью переплели стены и потолок. Кажется, что от них исходит некое излучение, которое действует на человека. Почему-то появилось чувство неуверенности, страха, какое-то беспокойство овладело, словно вот-вот должно произойти что-то страшное и непонятное.
- Маш, ты как себя чувствуешь? – спросил он.
