На ходу они ловко поменялись местами, хотя каждый весил за центнер. Сунув руку под сиденье, Валет извлёк устрашающего вида огнестрел – с пистолетной рукоятью, откидным упором для плеча и толстенным коротким дулом, как у обреза. Положил пока на колени и чуть приспустил боковое стекло, озираясь прищуренными глазами. Отрывисто спросил:
– Не дрейфишь, а?
– Вроде бы нет, – ответил Вадим. – А кто это – ордынцы?
– Чёрта с два – это Шершни! Слыхал о таких?
– Вроде нет.
– «Вроде, вроде»! – взорвался крутарь. – А у меня они вот где, – с размаху Валет хрястнул себя по загривку. – Возникли недавно, чёрт знает откуда, и уже достали многих! Отчаянные парни, ни хрена не боятся, на компромиссы не идут. А дерутся – куда там нашим качкам! Хорошо, стрелять не любят – тем и спасаемся. – Он оглянулся: – Смотри-ка, не отстаёт!
Вадим покосился в зеркальце: один из затемнённых четырёхколёсников и вправду прочно повис у них на хвосте, однако нагонять не спешил. Поверх покатой крыши, прямо над ветровым стеклом, был установлен массивный ствол, управляемый, видимо, из кабины. Но и тот в дело пока не вступал, хотя на декоративный не походил.
– Не нравится мне это, – буркнул Валет. – Будто в засаду гонят. Может, развернёмся?
– А тараны твоей черепушке не противопоказаны? – полюбопытствовал Вадим. – У них-то масса больше! Лучше пристегнись.
Против ожиданий, крутарь повиновался приятелю без возражений, словно в прежние времена, когда тот был для него авторитетом. Может, он ещё помнил, как лихо гонял Вадим на стареньком «жигульке» по просёлочным дорогам, с лёгкостью обходя мощные иномарки и при этом тщательно избегая аварий. С некоторых пор водительские навыки, как и многие иные, дремали в теле Вадима, ожидая подходящего случая, чтобы проявиться. К тому же, наверно, у него был врождённый талант к вождению – точнее, подходящий психотип, способный удерживать в поле внимания сразу несколько объектов.
Прихватив ремнём и себя, Вадим сосредоточился, вспоминая здешние хитросплетения. Впереди их в самом деле поджидали – он чувствовал ловушку так же ясно, как блюстительские патрули. И вляпываться в неё не хотелось. Хотя страха Вадим по-прежнему не испытывал: слишком это походило на игру либо очень удачно он
Некоторое время Вадим приноравливался к новой машине, заодно уворачиваясь от нескончаемых рытвин, потом, не притормаживая, круто повернул за угол и сразу наподдал газу, устремившись к следующему перекрёстку.
– Куда? – встрепенулся Валет. – Застрянем!
– Кто из нас адский водитель? – осведомился Вадим. – Ты бы лучше убрал пушку – ну её к аллаху, ещё жахнет.
– Ага, щас! – огрызнулся крутарь. – Знаешь, чего с нами сотворят, если достанут? Я-то насмотрелся.
Вездеход Шершней с ускорением выскочил из-за дома, кренясь и стеная шинами на резком повороте, но джип уже сворачивал на другую улочку.
– Чёрта лысого они нас достанут, – проворчал Вадим не без азарта. – На одной злости далеко не уедешь.
«Хорошо, что всё началось внезапно, – усмехнулся он. – До того как я успел себя напугать, накручивая опасности, реальные и мнимые. А теперь уже не до страхов: играть, так играть!»
– Вы ведь даже не попытались отбиться, – заметил Вадим. – Почему?
– Поначалу-то пробовали, а как же! – отозвался Валет. – Но если Шершни атакуют, то просчитали все варианты, даже худшие для себя. И осечки уже не дадут, хотя бы пришлось положить половину своих – плевать им на цену!.. Однако нам-то не плевать, верно?
– Чего ж они добиваются?
– Я бы знал! Ведут себя, как боевики-первогодки, постоянно прущие на рожон, – но те хотя бы себя доказывают, а Шершни попросту злобствуют: лишь бы порешить народу больше! Дикие люди – с гор, что ли, спустились?
– «Образ врага» – да, Валёк? – спросил Вадим. – И здесь то же самое: всё плохое отдам соседу.
– Клянусь тебе! – вскричал Валет. – Это не крутари, а чёрт знает что!
– А вот сейчас поглядим.
Эти ребята, сзади, рулить умели и на реакцию, похоже, не жаловались, однако предугадывать импровизации Вадима, иногда изумлявшие его самого, им было явно не по уму. И потом, ему-то никто дорогу не заслонял, а Шершням приходилось постоянно напрягать память, чтобы успеть среагировать на внезапный манёвр беглеца.
Вообще, для поддержания скорости на такой изувеченной дороге, требовалось нечто большее, чем реакция. У Вадима это было:
