Третья работа — «К минералогии рудных процессов Кондомской группы железорудных месторождений» вышла в издательстве Академии наук СССР под редакцией Совета по изучению природных ресурсов.
«Изучение метасоматических процессов в связи с образованием железорудных месторождений в Кузнецком Алатау представляет весьма интересный объект, — писал М. Кашкай. — Наша работа, предложенная профессором П. И. Лебедевым летом 1932 г. Горно-Шорскому отряду Алтайско-Кузнецкой геохимической экспедиции, коснулась Кондомской группы железорудных месторождений в Кузнецком Алатау. Она была продолжением работ названной экспедиции в 1931 году, в которых я также принимал участие»{22}.
В этой статье, явившейся результатом полевых наблюдений, химических и микроскопических исследований, рассмотрены общие вопросы минералогии рудных процессов Кондомской группы, выделены особенности и даны подробные характеристики железорудных месторождений. Причем, в отличие от своих предшественников, М. Кашкай дает развернутые характеристики составным частям труппы: Шерегешевскому, Шалымскому, Таштагальскому и Кочуринскому месторождениям.
Молодой ученый особо подчеркивает, что со стороны своего профессора Лебедева он встретил самое близкое «живое руководство» как во время полевой работы в 1931 году, так и при камеральной обработке в Петрографическом институте Академии наук СССР. Он подчеркивает, что пользовался также весьма ценными советами профессора Д. С. Белянкина, «дававшимися мне во время просмотра шлифов». И еще один штрих, свидетельствующий об оснащенности экспедиции, уровень которой для того времени был достаточно высок. «К нашему отряду была прикреплена химическая лаборатория (химик — В. А. Молева), в которой своевременные определения тех или иных интересующих нас в руде элементов способствовали более правильному сбору материалов и давали некоторый материал к решению более сложных вопросов»{23}.
Отдать должное другим участникам экспедиции, тем более своим учителям и наставникам, он никогда не забывал, и это тоже его характерная черта.
Особняком не только в начале научной деятельности, но и всего геологического поиска М. Кашкая стоит работа «Об осмистом иридии и золотоносных шлихах Кузнецкого Алатау». В сущности, речь идет о новом геологическом открытии, которое принесло известность молодому ученому, выдвинув его в ряды талантливой плеяды воспитанников становящейся советской геологической школы.
Надо заметить, осмистый иридий в Горной Шории описан был еще в 1891 году Хелмхакером (Helmhacker) и сразу же забыт на сорок с лишним лет. Кашкаем он был получен из приисковой конторы Большая Викторьевка во время посещения прииска летом 1932 года.
К слову, здешней производственной конторой этот минерал не принимался. И это притом что рабочие прииска стремились сдавать его вместе с золотом. С лета 1932 года осмистый иридий был оценен в восемь раз дороже золота. Кашкай указывал, что золото и металлы платиновой группы на западном склоне Кузнецкого Алатау и на Северном Алтае находятся главным образом в россыпях, но имеется в отдельных местах и коренное золото (гора Джелсай).
О происхождении золота в данном регионе имелось определенное мнение и до того, чего нельзя сказать о металлах платиновой группы. Кашкай высказал предположение, что осмистый иридий на прииске Большая Викторьевка, «по всей вероятности, связан со змейковым штоком, из коих он вымывался речками Викторьевка и Николаевка, берущими свое начало на восточном склоне горы Пустаг, сложенной из щелочных гранитов, откуда названные речки, возможно, приносят с собой часто золото»{24}.
Осмистый иридий из прииска Большая Викторьевка был подвергнут геологом химическому анализу. Ученый сопоставил полученные результаты рентгенограмм, характеризующих физическую природу кристаллического строения осмистого иридия, с рентгенограммами из разных районов СССР. Это позволило сделать вывод, что «величины параметров нашего осмистого иридия очень близки к параметрам осмистого иридия из Сыссерского района и Забайкалья»{25}.
Исследования по осмистому иридию и золотоносным шлихам из шестнадцати золотых приисков Кузнецкого Алатау и Северного Алтая М. Кашкай провел на очень высоком научном уровне. Микрохимические анализы производились по работам известного профессора В. А. Зильберминца. Не довольствуясь этим, Кашкай начал переписку с самим ученым, известным специалистом в данной области. Рекомендации и советы, присланные Зильберминцем из Москвы, способствовали, по мнению Кашкая, более полному исследованию материалов.
Первые же статьи М. Кашкая показали, что он в совершенстве владеет методом научного анализа, эрудирован, самостоятелен и оригинален в подходах и мыслях.
