– И пока я думала, что встретила человека, которому смогу доверять, он скрывал от меня правду, – продолжает Крис, не подозревая, что я стою за ее спиной. – Он скрывал правду, когда признавался мне в любви. Он скрывал правду, а сам требовал, чтобы мы не имели друг от друга секретов. Разве это справедливо?
Нет, это ни хрена несправедливо. Но я скрывал правду не просто так. На то были причины. И совсем скоро Крис об этом узнает.
Я верну ее в Бостон и отдам документы на право собственности. Мне не нужен ни спортивный комплекс, ни земля, на котором он построен. Это все принадлежит Лазарро.
– Но я все равно не должна была говорить ему ужасные вещи. Я пожелала ему смерти.
Ее плечи подрагивают, и я слышу, как она плачет. От этого звука у меня колит в груди. Я хочу притянуть Крис к себе, а мои руки так и просят обнять ее и не отпускать. Но я не должен обращать внимание на это предательское чувство. Крис столкнула меня в пропасть и безразлично ушла.
– Я причинила ему боль, и мне жаль. Мне действительно жаль, – сквозь всхлипы произносит Крис. – И, если бы можно было отмотать время и вернуться назад, я не стала бы говорить ему этих слов. Я бы сделала так, как обещала. Я бы рассказала ему обо всем, и мы решили проблему вместе.
Вместе.
Ее слова впечатывают меня в землю невидимым грузом. Крис помнит про свое обещание, которое так и не сдержала. Но время упущено, и с того момента произошло много дерьма. Я солгал ей, сказав, что разослал видео. И теперь мы оба страдаем, получив то, что заслужили.
– Не хочу оправдывать себя, но мне было тяжело. Одна проблема сменялась другой, и я не могла оставаться спокойной. Перед судебным слушанием ко мне пришел адвокат и попросил снять обвинения с Грейс.
Крис замолкает и плачет, а я так часто дышу, что не могу перевести дух. Бромфилд просил Крис снять обвинения с Грейс? Он заставлял давать ее ложные показания?
Гребаный ублюдок! Как он посмел требовать что-то от Крис?
Я сжимаю кулаки, и кожа на руках болезненно натягивается. Я придушу нашего семейного адвоката, как только вернусь домой. Обмотаю вокруг его морщинистой шеи галстук и со всей силы потяну на себя.
– Он попросил, чтобы я сказала на суде, что Грейс пыталась защитить меня от Джеймса. Точнее, не попросил, а предложил деньги. Но я отказалась. Грейс должна понести наказание…
Я не слышу, что дальше говорит Крис. У меня в голове гудят одни и те же слова:
Мое сердце сжимается. На Крис напал мой гоночный соперник Джеймс Уильямсон? Он обидел ее? Сделал ей больно?
Каждая мышца в моем теле напрягается, хочется крушить все вокруг. Уильямсон нежилец.
– Но это не все. Пиар-менеджер Джеймса потребовал от меня, чтобы я… – Крис понижает голос, и я не могу разобрать из-за шума дождя то, что она произносит.
Я делаю еще пару шагов, оказываясь буквально позади Крис. Знаю, что она не хотела бы, чтобы ее подслушивали. Но мне, черт возьми, важно услышать, что сделал этот подонок.
– Я была так напугана, что не могла сохранять спокойствие. В этот же день я увидела Десмонда, и… – Крис всхлипывает. – Я увидела Десмонда, и вся ярость и злость, что сидели внутри, обрушились на него. Я причинила ему боль, и он ответил мне тем же. Он поступил подло, и я никогда не смогу простить ему этого. Между нами все кончено.
Как только она замолкает, раздается резкий раскат грома.
Нет, между нами ни хрена ничего не кончено. Я найду виновника, который разослал видео, и он будет первым в моем списке. И только после него я займусь жалким куском дерьма Уильямсоном и адвокатом.
Злость и гнев во мне достигают предела, отчего на лбу выступает пот. Он мгновенно перемешивается с прохладными каплями дождя, стекающими по лицу. Сжав кулаки, я вижу, как Крис дрожит от рыданий, и больше не могу на это смотреть. У меня разрывается сердце от того, что она плачет. Нужно, как можно скорее уводить ее, пока она окончательно не замерзла и не потонула в горе.
– Крис, – тихо произношу, чтобы ее не спугнуть.
Она вздрагивает, напрягает плечи, а затем разворачивается. Ее глаза встречаются с моими, и внутри меня все рушится, с оглушительным ревом летя вниз. Я ожидал чего угодно, но только не этого.
Ее взгляд безжизненный, лицо не выражает каких-либо эмоций. Крис выглядит так, словно поставила крест на своем мире. На какое-то время я потрясенно замираю, а потом беру себя в руки.
– Мне позвонил твой брат. Он искал тебя, и я пообещал ему, если найду тебя, то отвезу домой.
– Я сегодня позвоню ему и скажу, что со мной все в порядке, – она моргает ресницами, мокрыми от слез и дождя. – Оставь меня.
Нет, детка. Я оставлю тебя только, когда перестану дышать. Но даже на том свете я найду способ оказаться рядом с тобой.
– У тебя есть полное право послать меня. Но я никуда не уйду. Я уйду отсюда лишь в одном случае. Вдвоем с тобой.
Я наклоняюсь и кладу руку ей на плечо. Но Крис сбрасывает ее, и в ее карих глазах отражается боль.
