Боже, еще одно его прикосновение, и я могу сорваться. Мне отчаянно хочется ощутить его настойчивые губы на своих. Его крепкое твердое тело на моем. Его сильные руки, ласкающие все и сразу…
Жар целиком охватывает меня, когда Десмонд вытирает мою нижнюю часть бедра и останавливается у края полотенца. Он поднимает на меня взгляд, и наши глаза встречаются. Я не разрываю наш зрительный контакт, и в этот момент у меня появляется чувство, что Десмонд смотрит на меня так, будто ищет подсказки и пытается узнать ответы.
Черт!
Десмонд собирался уйти, но перед этим хотел получить ответы. Как я могла такое забыть?
– Ты говорил, что у тебя есть вопросы, – я стараюсь, чтобы мой голос не выдавал эмоций. – Ты задашь их?
Не отрывая от меня взгляда, Десмонд вытирает мою другую ногу. После этого бросает полотенце себе на плечо и выпрямляется в полный рост. Его массивная фигура снова нависает надо мной. И снова его дурманящий аромат окружает меня.
– Почему ты не рассказала мне, что тебя обидел Джеймс? – охрипшим голосом спрашивает Десмонд. – Что он тебе сделал? И почему ты не обратилась в полицию?
– Я не рассказывала тебе, потому что ты обманывал меня. Я была зла на тебя и не могла доверять.
Мой ответ ранит Десмонда, я замечаю это по его глазам. Но постепенно его боль переходит в привычно уверенный и твердый взгляд.
– Ты врешь, Кристиана. Дело не только во мне. Почему ты не обратилась в полицию? Этот ублюдок угрожал тебе?
Тяжелый влажный воздух, наполненный клубами пара, еще больше сгущается. Мне мерещится, что стены, покрытые кафелем, давят со всех сторон и сокращают пространство.
Я с трудом проглатываю надсадный ком.
Нет. Я не могу сказать всего Десмонду. Не могу ему объяснить. Не могу допустить того, чтобы он узнал.
– Крис, ты должна мне довериться, – мягко говорит Десмонд. – Вспомни свое обещание. Если бы ты рассказала мне все с самого начала, мы бы не пережили столько дерьма.
В эту секунду больше всего на свете мне хочется открыться ему. И вместе с тем понимаю, что для меня это непозволительная роскошь. Всего пару дней назад Десмонд собирался уничтожить все, что связывало нас.
Не зная, что делать, я опускаю взгляд.
Десмонд поднимает руку, заправляя мою влажную прядь за ухо. От соприкосновения его пальцев с моей щекой по коже пробегают электрические разряды.
– Хочешь знать, чем мы занимались, если бы ты сдержала свое обещание? – спрашивает Десмонд, но я молчу. – Мы бы вместе подали документы на поступление в «Браун». Мы бы планировали, как проведем зимние каникулы и Рождество. Куршевель или Аспен? Или дом у озера Луиз в Банфе? Не важно. Важно, чтобы я заставлял тебя смеяться при любой возможности. Важно, чтобы я трахал тебя при любой возможности. Важно, что мы были счастливы, а не на грани полного краха.
Тяжело дыша, я смотрю на его прекрасное лицо, и мои глаза наполняются слезами.
Мне требуется несколько секунд или возможно минут, чтобы вернуть самообладание.
– И ты бы дальше продолжал меня обманывать и скрывать о том, что сделал твой отец? – спрашиваю я.
– Нет. Ты бы узнала об этом в свое восемнадцатилетие.
– Почему именно на мой день рождения?
Десмонд не торопится отвечать. Он снимает с соседнего крючка халат и укрывает им меня.
– Мое условие остается в силе. Возвращайся в Бостон, и ты все узнаешь.
Он разворачивается и уходит, и несмотря на теплый халат, я чувствую, как воздух охлаждается за считаные секунды.
– Я буду в соседнем номере, – Десмонд замирает около двери и удостаивает меня короткого взгляда. – И зря ты не рассказала про Джеймса. Я все равно все узнаю.
Глава 12
Меня будит дневной свет, пробивающийся в щель между шторами окна отеля. Этой ночью я практически не спал и сомкнул глаза только ближе к рассвету. Мне все время мерещилось, что в коридоре захлопывается дверь соседнего номера.
Нет смысла скрывать, что я боялся, что она опять убежит от меня. Эта девчонка постоянно, черт возьми, убегает. И я не могу дождаться того дня, когда избавлю ее от этой дурацкой привычки. Но пока у меня не особо выходит.
Крис все еще не доверяет мне и не впускает в свой собственный мир. И от этого я ощущаю внутри себя пустоту. Почему Крис ничего не рассказала мне про Джеймса? Почему не обратилась в полицию? И самое главное, почему не обратилась ко мне?
Я бы выслушал ее. Я бы понял ее. Я бы добился того, что Джеймс ответил за все, что причинил ей.
Внезапно меня осеняет. Крис не стала просить у меня помощи, потому что этого не велел Джеймс. Он давил на нее, угрожал или шантажировал.
Ублюдок.
Точнее, будущий мертвый ублюдок.
Я сжимаю челюсти. Мне хочется раз за разом впечатывать в Джеймса кулак до тех пор, пока не сотрется его кожа и не покажется его гребаное мясо. Но я займусь им позже, когда вернусь в Бостон. Вместе с Крис.
