Мир без принцев полностью

Мужественно снося пробирающий до костей ветер, она пробралась через изгородь Гвиневры, обсиженную ленивыми голубями, к сцене у пруда, скрытой стеной лиловых шипов. Она присела на берегу и вытащила книгу из-под плаща.

Агата шумно выдохнула и прижала старый учебник к груди. «И правда, если хочешь найти нужную книгу, обратись к библиотекарю», – подумала она, мысленно поблагодарив черепаху. Но что она собиралась найти в книге? Агата нежно погладила шелковую серебристую обложку. На ней было тиснение в виде Сториана в компании двух лебедей – черного и белого.

Она открыла книгу и увидела, что текста в ней нет. Были только россыпи выстроенных рядами объемных точек размером с булавочную головку. Все-таки профессор Садер был слеп и не мог писать историю, но он ее видел и сделал так, чтобы все его студенты тоже могли видеть. Агата пробегала пальцами по рядам точек – и призрачные объемные сценки волшебным образом возникали над открытой книгой, иллюстрируя повествование Садера. Такие же картинки, как те, что декан отредактировала в своем новом издании, те, из-за которых девочки больше не могли отличить ложь от правды.

Агата листала страницы, пока не нашла то, что искала:

– Глава двадцать восемь: Выдающиеся пророки, – раздался теплый низкий голос профессора Садера.

Над страницей появилась небольшая сценка – три старика с бородами до пола стояли в башне Директора школы, взявшись за руки. Агата наклонилась, чтобы лучше рассмотреть происходящее на картинке, а голос Садера продолжал:

– Как мы узнали из первой главы, для всех пророков из Бескрайних лесов характерно следующее: они живут вдвое дольше обычных людей; они стареют на десять лет в наказание, если ответят на вопрос; их тела могут служить вместилищем для духов, но со смертельными для пророков последствиями…

Агата пробежала пальцами по строкам, пропуская одну сцену за другой, пока не остановилась на середине страницы, найдя ряд точек, которые казались более новыми и блестящими по сравнению с остальными.

Заинтригованная, она коснулась первой точки.

Тотчас из тумана выплыло симпатичное мужское лицо. Агата сразу узнала эти седые волосы и карие глаза. У нее перехватило дыхание, и она уставилась на своего старого учителя истории из школы Добра и Зла. А он, в свою очередь, не сводил с нее неморгающих глаз, окруженный голубоватым призрачным сиянием. Агата сглотнула и заставила свои пальцы двигаться дальше…

Садеры – самый древний и знаменитый род пророков и ясновидящих. Последний скончавшийся потомок семьи Садер – Август, который почил в ходе написания «Сказки о Софи и Агате».

После окончания Великой войны между двумя братьями, Директорами школ Добра и Зла, Август Садер полагался на заклинание, которое хороший брат создал перед своей смертью. Оно служило для сохранения баланса между Добром и Злом. Заклятие было скрыто в нагрудных знаках школьной формы учеников. Когда злой близнец нарушил баланс, убив ученика, заклинание активизировалось и вызвало призрак хорошего брата к жизни. Будучи пророком и ясновидящим, Садер пожертвовал свое тело призраку, позволив хорошему брату уничтожить злобного близнеца и восстановить баланс в лесах.

Рука Агаты застыла на странице, ее сердце трепетало. Вот почему эти точки казались новыми. Он добавил описание собственной смерти незадолго до того, как это случилось на самом деле! Девочка смотрела на призрачное лицо Садера, застывшее над книгой. Он мягко улыбался ей, точно так же, как и в тот день, когда она только появилась в школе. И он до сих пор ей помогал.

Агата почувствовала, как ее подбородок задрожал. Она никогда не жалела о том, что росла без отца. Она никогда даже мыслей таких не допускала… до этого момента, когда почувствовала, пусть и на секунду, как это могло быть, если бы отец был с ней рядом…

Слеза упала на призрачное изображение покойного профессора, рассеивая его лицо.