И разразился гневной тирадой, из приличного в которой были только предлоги. Это он понял в буквальном смысле про ту часть тела, где спина заканчивает своё благородное название.
– Шон! – с возмущением попыталась прервать это безобразие. – Прекрати материться! Где ты таких слов нахватался?
– В лесу! – огрызнулся мелкий. – И вообще, не материться тот, кто ничего не делает! А я весь в работе, с самого утра, не покладая крыльев!
– Вы посмотрите на этого трудягу за мой счёт!
Я еле сдерживала смех, глядя на пыхтящего демоненка.
– И как тебе это всё нравиться? – не унимался он.
– Извини, мелкий, мне сейчас не до скандалов, своей головной боли достаточно!
– Не делай мне беременную голову! И не возражай!
– Да я вообще молчу!
– Тогда убери своё мнение со своего лица! И вообще, у этой содержанки есть деньги, чтобы себя так вести?
– По-моему, у неё есть кое-что поболее денег.
– И это «кое-что» раздутое самомнение! Одноклеточная! Как она вообще без мозгов живет?
– Ну-у-у, и амёба живет и вполне себе приятно размножается, – попыталась я урезонить раздухарившегося рейка.
На мгновение он затих, затем его мордашка озарилась пониманием, и пространство коридора заполнил ликующий вопль:
– Точно! – Шон подпрыгнул, махнув крыльями, одно из которых запуталось у меня в волосах. – Эта одноклеточная даже размножиться не может! Мозгов-то нет!
И победно уставился на меня.
– Это не нашего с тобой ума дело! – пробурчала я в ответ, пытаясь отцепить локон от шелковистого крыла.
Наша тихая пикировка продолжалась до самых наших покоев. Шон шипел и плевался, негодуя, как внутри такого прелестного тела оказалась ядовитая змея.
************
Проведя нас с рейком до самых дверей, стражники отдали честь и чинно удалились. Охрана наших покоев в лице двух дюжих молодцов только скосила глаза на мелкого демона.
В комнатах было непривычно тихо. Вероятно, Мишел выгуливает подопечных. Хотя нет, за окном послышались весёлые детские визги.
Я вышла на балкон и присела рядом с детским манежем. Всегда нравилось наблюдать, как огромный чёрный пёс осторожно играет с детьми. Сейчас он стоял на трёх лапах, переднюю правую поднял, и на ней обезьянкой висела Аня. Марк сосредоточенно пытался выдрать шерсть между мощных когтей на левой передней лапе. Неподалеку Мишел с помощью соковыжималки готовил для детворы фруктовый сок.
Шон фыркнул.
– Как из такого мелкого недоразумения вырастут достойные маги? Нет, ну ладно девчонка, – тут же уточнил рейк, опасливо покосившись на недовольного его фразой спика, – но пацан? Какой из него боевой маг?
– Почему «боевой»? – обернулся Мишел.
– Ну так папанька у него самый что ни на есть боевой маг, а магия наследуется по линии отца, – наставительно произнёс Шон. – Вот наша Ариночка точно будет боевым магом, не смотря на то, что девочка. Как она лихо на драконе рассекает! – он горделиво выпятил грудь и тут же перевёл взгляд на Марка. – А этот котёнок даже волосья у пса выдернуть не может.
– Потому, что шерсть у спиков очень прочная, – я встала на защиту лохматого няня. – Ты сам попробуй!
– Я чё, мозгами заболел? – запыхтел мелкий и отлетел подальше, так как Мэт грозно рыкнул в его сторону.
Мишел покачал головой и закрыл поильник крышкой.
– Как у вас всё сложно, – он озадаченно вздохнул и принялся потчевать Аню.
А я в который раз с огорчением убедилась: рейк терпеть не может моих близнецов. И, если Анечку он просто недолюбливает, то Марка не принимает вообще. Старается при каждом удобном моменте высказать обидные слова. Хорошо, что только слова, до дела не дошло. Но это, я так понимаю, пока сын маленький. А вот что будет, когда он подрастёт?
Невесёлые размышления прервал мой личный лакей, тенью скользнув на балкон и замерев у двери.
– Госпожа, – он поклонился, кося глазом а спика, – доставили платье. Пора готовиться к балу.
Я вздохнула, с неохотой оставила детей и пошла принимать ванну. Следом ждал легкий обед и нудная процедура одевания, причесывания и облачения в драгоценности. Грэй передал целый сундук с каменьями. Мы с Шоном долго выбирали цацки и остановились на светло-зеленом оливине. Комплект из этого камня очень гармонировал с бальным платьем.
Описывать сборы не буду. Это просто пытка. Я в сотый раз благодарила высшие силы, что на Нэе довольно демократичная мода. То есть нет всяких кринолинов, корсетов, и множества нижних юбок. Есть желание – носи на себе килограммы тряпок, а нет, – то и привычного мне вечернего платья достаточно. Покрутившись около зеркала, я приказала достать из обувной коробки новые туфли. Лакей проворно откинул крышку, и я в очередной раз замерла: на бархатной ткани лежали серебристые туфельки модели «сломай ногу». На высоченном каблуке! То есть мне предлагалось целый вечер помимо пыток танцами ещё и ноги калечить!
– Госпожа! – пролепетал лакей, узрев мой яростный вид. – Вы только померьте! Уверяю, наши обувщики самые лучшие! Вы даже не почувствуете эти туфли на ножках!
Поддавшись на уговоры, я сунула ноги в туфли, прошлась по комнате и с удивлением осознала: а паренёк прав! Такое впечатление, что в тапочках! Воистину превосходные мастера!
