Отползли назад. Перепрятали рюкзаки понадежнее, обошли село, выйдя к неплохо наезженной грунтовой дороге и налегке отправились по ней к хутору. Мы не прятались и заметили нас издали. Кто–то из наблюдателей метнулся за старшим в коммуне, и встречала нас уже разномастно одетая и вооруженная толпа мужиков. Баб среди них не было. Всех от греха подальше попрятали в домах. Это точно, поскольку я видел, как одну неторопливую подбодрили крепким пинком, вызвавшим у Кати судорожный спазм на лице. Похоже, Блонде уже перехотелось идти в это место, что пару минут назад казалось почти раем.
Чуть вперед вышел сунувший за ремень большие пальцы рук седой мужик с коротко стриженой бородой. Одет мужик был в зеленый западный камуфляж, а обут в коричневые армейские ботинки с высоким берцем. На плечах он носил генеральские погоны. На голове у него имелась бандана, а за спиной висел АКС‑74 со сложенным прикладом. Я бы с удовольствием поменял свое весло на такой же, но возможности пока не было.
— Кто это у нас?! — спросил он нарочито громко, и точно не у своих, стоящих за его спиной, а у нас.
— Прохожие тут у вас. Шли мимо, смотрим место интересное и дай, думаем, зайдем, — ответил я.
— Как звать тебя кваз? Откуда пришли? — задал он вопросы.
— Ты давай не обзывайся, — я решил не обижаться на кваза, а выяснить что это такое.
— А как же мне тебя называть, если ты самый настоящий кваз, а имени я твоего не знаю? — усмехнулся он.
— Я не знаю, кто такие квазы, — покачал головой. — Может, ты и про меня говоришь, но тогда объясни, что это значит.
— Не знаешь? — седой с АКС‑74 несколько удивился, но впрочем, не растерялся. — Сначала имена и место, откуда пришли, а после, если я сочту возможным, стол и разговор. Еще может банька, если мне разговор понравится.
— Катерина и Николай. Мы из Тихомлинска, — ответил я.
— Из какого такого Тихомлинска? Не знаю такого стаба, — сощурился генерал.
— Из города мы. Оттуда, — указал рукой направление.
— О как! Из Чертова города, стало быть, — сказал, кивая чему–то своему. — И что даже не крещеные?
— Я крещеный, — достал крестик из–под рубахи, не понимая к чему он. — А ты Кать? — девушка прямо о том, что она атеистка ни разу мне не говорила, хотя это можно было по ее партийным взглядам.
— Да не так крещеные, — усмехнулся мужик, не дав Катерине ответить, и тут я сообразил, что Пух называл себя нашим крестным.
— И так крещеные. Я Самурай, а она Блонда, — сказал ему.
— Ну, тогда что вы Катькаете и Колькаете? — посуровел он. — Катька да Колька в том мире остались, а здесь есть Блонда да Самурай, а Катьки с Колькой нет. Вам разве не говорили, что старые имена можно забыть?
— Не успели, — слукавил я, ведь Пух нечто подобное говорил.
— Не успели, значит, — человек сощурился. — И что же стало с вашими крестными?
— С крестным, — поправил я. — Его звали Пух и его убила тварь похожая на обожравшегося стероидов качка мутанта. Если ничего не путаю, ее лотерейщиком зовут.
— Лотерейщик, значит — с пониманием кивнул генерал. — С миром пришли к нам или худое задумали? — спросил, как будто ждал честного ответа даже в том случае если мы и вправду затеяли злое.
— Если нас никто не тронет, то и мы хорошо себя вести будем. Мы хотим кое–что узнать об этом мире и спросить дорогу к безопасному месту. На большее не претендуем, — ответил я.
— Давно здесь?
— Дней десять примерно. Мы не считали, — пожал плечами.
— Ну, хорошо, — он обернулся, обращаясь к одному из своих. — Ну что Ватрушка не звиздят они?
— Только один раз соврали, — ответил неказистый мужичонка хлипкого телосложения и низкого роста.
На нас и без того было нацелено оружие, но теперь его стало больше. Люди напряглись, и стало чертовски опасно.
— Когда же это? — приподнял бровь седобородый в бандане, а Катя в этот момент закусила губу от напряжения.
— Когда говорили, будто им не успели объяснить про имена, — пояснил и высказал свое мнение Ватрушка.
— Это так? — главный на хуторе едва не просверлил во мне сквозную дырку взглядом.
— Так. Объяснили нам, но я значения не придал, — согласился и тут же высказал напросившуюся догадку. — Он что чует, когда врут?
— Чует, — кивнул седобородый. — Я Генерал и это имя, а не звание. Пойдемте в дом, там сейчас накроют на стол. Поедите с дороги. Отдохнете. Поговорим. Как понял, вам этот разговор нужен больше чем мне, — Генерал развернулся, и как ни в чем не бывало, направился к одному из домов хутора.
Мы переглянулись и пошли за ним. Диана хотела войти с нами, но местный начальник отрицательно покачал головой, и Катя велела собаке ждать снаружи. Четвероногая подруга плюхнулась на обрубок хвоста и принялась ждать, высунув язык и вертя головой по сторонам.
