Краем глаза успел заметить, что пленник полулежит с приоткрытыми глазами. Мы были полностью уверены, что вырубил его, но он или быстро пришел в себя или вообще сознания не терял. Нет. Точно терял. Это гарантированно. Значит быстро пришел в себя. А тварь его была где–то поблизости. Получалось он или смог дать ей такую команду, которую элита слушалась, пока бандит был в отключке, или успел перехватить ее, придя в себя. Лучше бы уж не успел. Возможно, тогда бы она не была столь осторожна и мы бы ее заметили. Хотя если она разом прыгает на полсотни метров, то, скорее всего, использовала бы это и без контроля.
— Давай в лодку! — закричала Заноза, тут же бросая погрузку и пытаясь отвязаться от причала.
Хотелось броситься на тварь и порвать голыми руками, а потом убить прикрытого ее тушей Ксеноса. Воскресить и снова убить подонка. Но Заноза была права. Матерому элитнику мне было противопоставить нечего. Автоматом ее точно не убить. Единственная граната, поможет, если только он ее проглотит. Тут не факт что и Корд бы справился. Дара хватит если только на искру как от свечи зажигания, но даже сработай он на всю мощь, не уверен, что такою тварь бы это проняло. Может КПВ, а лучше сразу «Зушку» или что–то посовременнее и помощнее.
Шагнул вперед, надеясь забрать тело своей подруги, но и тварь шагнула вперед, не собираясь уступать мне добычу. Едва не рыча от бессильной злости, вскинул автомат и дал очередь патронов на семь — восемь прямо по твари. Тимошка, а кем еще монстр мог быть, недовольно заурчал, но с места не двинулся. Гарантированно прикрывал хозяина от моих возможных выстрелов. Хотел швырнуть гранату, но не в элитника, а его хозяина. Понял, что через монстра не перекину, а если и получится, то умрет только монстр в человеческом обличье. Второе же чудище прикончит меня, и пискнуть не успею. А следом за мной быстро кончится и Заноза. Отгрести от берега далеко она не успеет, а глубина где человеку по пояс и даже по грудь такому монстру не глубина. Собой я был готов пожертвовать, ради такой мести, но не девчонкой оказавшейся неожиданной союзницей.
Я зло сплюнул на причал и, выхватив вакидзаси, перерубил веревку удерживающую лодку. Заноза до сих пор так и не сумела ее отвязать. Сам вскочил в новое транспортное средство и встал в нем в полный рост. Девушка оттолкнулась от причала веслом и казанку понесло вниз по течению с достаточно приличной скорость.
— Ксенос, ты слышишь меня?! — прокричал я глядя на повернувшуюся к нам задом тварь.
— Я слышу тебя урод! — крикнул он в ответ.
— Запомни мое имя! Меня зовут Самурай! И я приду за тобой! — не стал опускаться до обзывательств как он, хотя хотелось поносить его самыми последними словами.
— Радуйся, что у меня плечо прострелено и не могу стрелять одной рукой! Я бы тебя сейчас из Корда нашинковал! При следующей нашей встрече ты умрешь, падаль! — прокричал он в ответ.
— Посмотрим, — вскинул автомат и, заняв позицию поустойчивее, дал очередь на половину автоматного рожка.
Эффект был прежним. Тварь немного зло поурчала, но продолжила служить непробиваемым для меня живым щитом. Опомнился, вспомнив, что со мной Заноза. Что бы я сейчас стал делать, потеряй она контроль и бросься в воду? Мы были слишком близко к берегу. Чуть в гневе не бросил автомат за борт. Постарался взять эмоции под контроль и мыслить трезво. Сел в лодке и забрал у девушки весла. Развернул лодку и стал отгребать подальше сидя спиной к носу лодки и глядя на заворочавшуюся, на месте тварь. Расстояние увеличивалось. Тимошка уже освободил своего хозяина от пут и тот спрятался за Гусаром, но монстр по–прежнему перекрывал линию огня. Если бы у этого мура было хоть как–то подходящее оружие, то он бы уже наверняка стрелял по нам, а так с простреленной рукой он был ни на что не годен. Тварь отпустить от себя он тоже не мог, поскольку тут уже бы начал стрелять я. Теперь мы отплыли уже достаточно, что бы монстр нас не достал. Ну, я на это надеялся. Я бы и так пострелял, да вот только смысла нет. Если только ради того что бы выпустить злость.
— Ты как? — участливо поинтересовалась положившая мне руку на плечо Заноза.
— Паршиво, — буркнул я.
— Ты ее любил? — задала вопрос неизвестно зачем.
— Может быть, — вздохнул и замолчал.
— Если тяжело ты не говори. Только в себе не замыкайся. Это опасно, — точно какой–то психолог заговорила Заноза.
— Мы с ней с первого дня здесь. Через многое прошли вместе, и она много сделала для меня. Без нее я бы, скорее всего, не выжил, — прикрыл глаза не забывая грести веслами.
Вспомнил как и куда ей пришлось меня тащить после того как я с мечом бросился на не самого слабенького лотерейщика. Тогда он мне казался ужасом из преисподней, а теперь понимаю, что мелочью он был пузатой. Вспомнил, как выхаживала после съеденной жемчужины. Может эту жемчужину я бы без нее и не съел, а может и съел бы и подох в том нелепом бункере непонятного назначения.
— Ты не отчаивайся. Нужно продолжать жить. Тут часто умирают, — продолжила лезть под кожу неугомонная девка, и я понял, за что ее прозвали, так как прозвали.
