К 1871 году в Турции осталось около 10000 чеченцев. Таким образом, по приблизительным расчётам, в Турции погибло приблизительно 40000 горцев Северо – Восточного Кавказа. Большей частью они умерли от голода и болезней, а также от столкновений с турецкими частями. Вооружённые стычки происходили как на русско-турецкой границе, так и при расселении горцев на территории Турции. В конце 1865 года турецкие власти провели переосвидетельствование чеченцев, в результате чего выяснилось, что многие семьи находились в тяжелейшем состоянии, члены их были больны и измождены. Зачастую из целой семьи, переселившейся в Турцию, в живых оставалось 1–2 человека456. Во многом неожиданная для турок активизация переселения в 1864 – 65 гг. и 1878-83 гг. вызвала эпидемию заразных болезней (малярия, тиф, оспа – среди мухаджиров) с многочисленными смертельными исходами457. Мухаджиры в Турции заболевали тифозной лихорадкой, оспой, скурбутом, водяной болезнью и т. п. Эпидемии, охватившие переселенцев при отсутствии карантинных мер, истребляли до 20 % переселявшихся. Некоторые голодающие переселенцы вынуждены были скрывать от начальства смерть своих родственников, чтобы получить за них провиант. Поэтому зачастую официальная статистика смертности среди горцев не соответствовала действительности. А ведь смертность, особенно среди первых эмигрантов, была очень велика458. По сообщениям российского консула, в Трапезунде в 1864 году средняя смертность среди эмигрантов составляла 180–250 человек в день, в Самсуне и его окрестностях 200 человек в день. В Дербенте и Ирмаке умирало ежедневно более 500 эмигрировавших с Кавказа горцев459.
Так как горцам в Турции было обещано освобождение от обязательной воинской повинности на 20 лет, в Трапезунд приехал Али – паша для создания войска из добровольцев. Было завербовано 500 человек. Мухаджиры охотно шли на службу, т. к. турки новобранцев отлично одевали и кормили. Для усиления притока горцев в воинские ряды, было запрещено продавать мужчин на невольничьем рынке. В рекруты турки брали только не женатых и потому выходцы с Кавказа вынуждены были продавать своих жён и детей, чтобы поступить на службу. В основном такая практика существовала в приморских турецких городах, куда приплывали черкесы.
Выходцы из Турции рассказывали, что тоска горцев по родине была так велика, что они прямо умоляли уезжавших на Кавказ привезти им на обратном пути в сумках родной землицы, чтобы устлать ею дно могилы. Передавали также, что горцы, умирая и будучи правоверными мусульманами, лицом обращались не в сторону Мекки, а в сторону родины, к Кавказу460. Говоря о тяжёлом положении мухаджиров на новой родине, газета «Всемирный путешественник» в 1871 году писала: «Через год две трети из них умерли…Тяжёлое положение, в котором оказались изгнанники, постепенно убеждало их на практике, что они должны вернуться на Родину»461. По свидетельству одного из чеченских мухаджиров, проживавшего недалеко от Карса, его отец в один из дней собрал сородичей и сказал им: «Места скверные, народ собачий». Старики призадумались, слушая его слова. Долго и молча размышляли, наконец, послышалось: «Я первый из тех, кто хочет ехать обратно», к этому голосу прислушались и другие. В результате 90 дворов чеченцев отправились на русско-чеченскую границу, где их и застала зима. Три недели их не выпускали из Турции, много лишений пережили эмигранты462. Хаткоко Давлет-Гирей ещё ребёнком с первой волной изгнанников был увезён в Османскую империю и сполна вкусил горький хлеб чужбины. В надежде хоть как-то предостеречь своих собратьев, всё ещё покидавших отчизну, он писал статьи, которые с 1908 года печатались в парижском журнале «Мусульманин». Вот что говорилось в них: «Я смею думать, что напротив, именно Турция, и никто больше, погубила горцев в нравственном, моральном и физическом отношениях. Притворный и гнусный режим. Нет на свете краше и лучше Кавказа. Обманывать вас у меня нет причины»463. Жизнь мухаджиров в Турции была тяжёлой не только в плане социально-экономическом, но и в культурном отношении, из того, что в ней проводилась шовинистическая пантюркистская политика, с запретами горцам носить национальную одежду, черкеску, папаху, бурку. Чеченцы в Турции находились на грани исчезновения. Многие из них со временем утратили свой родной язык, обычаи. В Сирии также в ассимилятивной форме чеченская диаспора была на грани исчезновения464.
