Руководители восстания, якобы борясь за веру, нарушали ее первоосновы и фактически заставляли переступать законы ислама всех, кого вовлекали в свою борьбу. Государство и его законы рассматриваются в исламе как форма общественного договора, в котором достигается максимально возможный компромисс и устанавливается баланс интересов различных социальных групп и религиозных организаций. Неисполнение своих законных гражданских обязанностей, призывы от имени верующих и религиозных общин к участию в каких-либо акциях гражданского неповиновения и мятежах считаются в исламе недопустимыми. Немалую роль в том, что восстание не поддержали многие чеченские общества, сыграла не военная, а идеологическая борьба, т. к. большая часть чеченского духовенства, глубоко знавшая Коран, выступила против воззваний и действий восставших, за что некоторые из мулл и духовных лидеров поплатились жизнью. Их заслугой является то, что они до конца соблюдали ключевые нормы ислама и своими действиями сохранили от разорения и уничтожения целые районы Чечни.
Предводители восстания оправдывали свои поступки тем, что они считали себя обязанными, хотя им и жилось хорошо (по их собственным признаниям), пожертвовать личным благом для оказания помощи своему законному религиозному главе (имаму), а потому и нарушали заключенный с русскими мир, хотя это и не положено было делать по шариату, т. к. договор должен быть священен. Главной задачей они считали не свержение власти, что также противоречит нормам ислама, а желали только возвратить отнятые у них земли, часть которых отдана казакам. Но как бы не оправдывали свои действия руководители восстаний, на их совести осталась гибель людей и искалеченные судьбы тысяч чеченских семей.
После завершения Кавказской войны перед российской властью встала непростая задача: добиться социально-политической переориентации населения от противостояния к сотрудничеству с властями. Только в этом случае можно было снять угрозу существования в крае сепаратистских настроений, проявлявшихся в самых разных формах: от отказа платить налоги российской казне, до вооруженных антиправительственных восстаний. Самым эффективным способом организации такого сотрудничества, дававшем наиболее быстрые результаты, являлось привлечение местного населения к государственной гражданской и военной службе. Уже с 1860 по 1862 год в Терской области находились на службе 6 сотен временной туземной милиции. Государственная казна не терпела убытков из-за содержания милиции, так как расквартированные здесь войска сокращались. Все чины милиции обязаны были иметь одежду и вооружение за свой счет, что также сокращало расходы на ее содержание.
Очень продуктивным оказалось сотрудничество властей и местного населения Терской области в военной сфере. Во многом это определялось тем обстоятельством, что именно в этой сфере интересы властей и горцев максимально совпадали. Кроме того, в этом направлении своей деятельности власти действовали особенно гибко и продуманно. Стремление властей приспособиться к местным условиям проявлялось даже в деталях: сохранение за горцами право ношения традиционной одежды на русской военной службе, формирование из них только кавалерийских частей, т. к. пешая служба для горцев была унизительна, введение специальных наград для мусульман. Гибкость и взвешенность власти проявляли и в вопросе о привлечении мусульман Кавказа к отбыванию обязательной воинской повинности. Отказавшись от привлечения мусульман Кавказа, в том числе горцев Терской области, к обязательной воинской повинности, власти в очередной раз продемонстрировали регионалистский подход к управлению Кавказом, когда временное отступление от общеимперского законодательства допускалось в целях обеспечения стабильности в крае. Гораздо в меньших масштабах и с большей осторожностью местное население привлекалось к административной службе в Терской области, за исключением низшего уровня административной власти561.
Во многих частях мира колониальная экспансия сопровождалась массовым вытеснением населения. По мере овладения новыми территориями коренное население изгонялось, а землю захватывали новые поселенцы. Многие покидали родные места в результате целенаправленной государственной политики. Причиной перемещения для большей части населения являются невыносимые условия жизни, неуверенность в завтрашнем дне и бедность. Политика выдавливания, искусственного создания невыносимых условий совместного проживания, агрессивность инонационального окружения, явное и неявное преследование, ограничение в правах и т. п. сродни депортации по своей сути. Причем, если депортация носит одномоментный характер, то мухаджирство растянулось на десятилетия, оборачиваясь практически необратимыми последствиями для национального самоощущения и самосознания.
