В 1910 г. в Кизляре открылись две небольшие светские школы для мусульман «Хаят» (жизнь) и «Гумет» (энергия). В них было по два учителя и примерно 40 учащихся в каждой. Дети обучались русскому, тюркскому, фарсидскому, арабскому языкам и некоторым общеобразовательным предметам. Обе школы содержались главным образом за счет родителей. Дисциплина в этих школах была особенно строгой. Правила поведения учащихся школы «Хаят» включали пункт: «За проступки ученику делаются замечания до 8 раз, а на девятый он исключается из школы»393.
В 1868 году Обществом восстановления Православного христианства на Кавказе был издан букварь на чеченском языке, в количестве 1200 экземпляров394. В 1869 году в «Журнале Министерства Народного просвещения» была опубликована статья Я.М. Неверова «К вопросу об образовании инородцев». В своей работе автор выступил против миссионерского направления школьной работы. Неверов заявил, что на Кавказе существует 40 христианских школ для горцев с обязательным обучением на русском языке395. По решению Синода лица коренной национальности бесплатно принимались в Ставропольскую духовную семинарию, им выплачивалась государственная стипендия. По определению Синода от 15 января 1883 года разрешалось проводить православную церковную службу на языках народов Кавказа, что требовало от священнослужителей знания горских языков396. В городских училищах Кавказского края разрешалось в послеобеденное время, на русском языке преподавать для желающих иных исповеданий христианский Закон Божий. Для этого было необходимо письменное заявление от родителей учеников397.
Кавказ нуждался в высшем учебном заведении. Ежегодно более 700 человек уезжали учиться или во внутренние губернии России или за границу (где дешевле). В правительственных кругах вопрос об открытии на Кавказе университета поднимал в 1898 году Боголепов, но тогда это было признано несвоевременным. Боголепов доказывал, что создание вуза нужно для изучения края, ведущегося бессистемно, для культурного и экономического процветания народов Кавказа398. Желание открыть на Кавказе университет не встретило сочувствие ни у главного кавказского начальства, ни у центрального правительства, главным образом из – за опасения, что это учреждение будет способствовать развитию в местном обществе сепаратистских тенденций.399 По словам князя Дондукова – Корсакова «…О высших учебных заведениях для Кавказа не может быть и речи, как в виду вообще низкого уровня развития местного населения, так и потому, что туземцы и русские могут продолжить образование во внутренних губерниях России»400. Отмечая причины отсутствия вуза на Кавказе, руководство обычно указывало на: недостаток средних учебных заведений, отсутствие профессоров и денежных средств, опасение возможных студенческих беспорядков.
В 1903 году один из крупных нефтепромышленников письменно обратился к Министру народного просвещения и Главноначальствующему гражданской частью на Кавказе с предложением принять от него крупное пожертвование на учреждение высшего учебного заведения в Тифлисе, в размере 700 тыс. рублей. Предполагаемый ежегодный расход на 1 факультет равнялся 80 тыс. рублей. И это предложение предпринимателя осталось без ответа. Насколько велика была потребность в высшем образовании на Кавказе можно видеть на опыте открывшихся частных высших курсов по кавказоведению, работавших в 1907–1908 учебном году. За год была прочитана 141 лекция. На курсах побывало 8256 слушателей401.
