Он крепко взял меня за руку, и мы пошли вперед по узкой улице. Наверное, здесь жили бедняки, потому что дома были все как на подбор - серые, безликие. Темные провалы окон, покосившиеся ставни. Я шла, смотрела по сторонам и тихонько поеживалась. Почему-то город в моем представлении должен был обязательно оказаться красивым. Светлым, большим, чистым. А реальность оказалась куда хуже.
В следующую минуту Лан едва успел отскочить в сторону и дернуть за руку меня. Со второго этажа дома, мимо которого мы проходили, кто-то выплеснул прямо на улицу целое ведро помоев.
- Серршех врахеш! - эмоционально пробормотал себе под нос Лан и ускорил шаг, перепрыгивая через образовавшуюся на улице лужу. Я последовала за ним. Моей руки он так и не выпустил.
- Что означает это слово? - мимоходом поинтересовалась я, продолжая разглядывать окружающие нас дома.
Лан покраснел. Я даже со спины увидела, как у него заполыхали щеки.
- Тебе не надо это пока знать, я ругаюсь, чтобы выплеснуть напряжение или злость. Скажу что это плохие слова, тебе этого пока достаточно.
Я хмыкнула. Понятно. Маленькая еще.
Улица стала раздваиваться, несколько раз пересеклась другими, потом еще и еще. В конце концов, у меня сложилось впечатление, что мы ходим по кругу. Я совершенно потеряла ориентир. Если в лесу я четко могла сказать, где мой дом, определить стороны света, то здесь это было невозможно сделать. Дома нависали над головой, в иных местах даже соединяясь крышами, солнца не было видно совсем. Но Лан продолжал упорно вести меня за собой, и я подумала, что он, вероятно, знает куда идти. Еще с полчаса, поблуждав по городским улицам, мы, наконец, выбрели на небольшую площадь. Видимо здесь начинались дома ремесленников. Над каждым домом висела табличка, на которой было что-то нарисовано. Сладкий калач, точно такой, как мой батька купил мне однажды на ярмарке в Дубовицах. Скрещенные кинжалы. Нарисованное платье. У одного дома были горой сложены дубовые и березовые бочки и бочонки, плошки и прочая деревянная утварь. Я заозиралась по сторонам, все было интересно. Но Лан, игнорируя все это великолепие, потащил меня прямо через площадь к большому двухэтажному зданию на другой стороне. У входа висела табличка, на которой были нарисованы две рыбы и кружка с чем-то налитым, и надпись над дверью - "Таверна у Мэлли".
Мы вошли внутрь. В большом зале были расставлены грубые деревянные столы с такими же скамейками, чадили свечи, потому что на улице уже начинало темнеть. В одном углу сидела небольшая компания людей. Все мужчины. Оттуда доносились взрывы хохота и стук кружек по столу. Мимо нас к их столу прошагала девушка в кружевном чепце и темном строгом платье. На подносе она тащила несколько тарелок с едой. За стойкой в центре зала стоял здоровый толстый мужик и выпирал серой мокрой тряпкой выставленные перед ним кружки.
Заметив нас, он прекратил свое занятие и уставился на нас, ожидая заказ.
- Добрый вечер, - вежливо сказал Лан. - Нам с братом хотелось бы снять у вас комнату на несколько дней, и поужинать.
Мужик почесал в затылке.
- Комнату сдам за серебрянку в сутки. Ужин две медянки с носа. Устроит?
- Да, - Лан кивнул и достал из кармана несколько монет. - Вот все что у нас есть. Две серебрянки и четыре медянки за ужин.
Мужик наклонился вперед, разглядывая монеты, потом сгреб их себе под прилавок.
- Комната наверху, вторая слева по коридору, вот ключ. - Он выложил из-под прилавка большой медный ключ и припечатал его ладонью. - Только чтоб без шума и разборок. Если что не понравится, вышвырну на улицу и денег не верну. Все ясно?
- Да, дяденька, - мы синхронно качнули головами, соглашаясь.
- Тогда топайте, куда нравится, сейчас Сэм принесет вам ужин.
Мы отошли в другой угол таверны, подальше от веселящейся компании и сели за тяжелый стол.
- Что думаешь? - спросила я Лана. - Нормально тут?
- Вроде да, - пожал он плечами, - как поймешь? Цена вроде нормальная, и еда хорошо пахла, когда та человечка мимо поднос несла. Сейчас поедим и пойдем спасть. Завтра с утра нам надо решать, как нам заработать денег на дорогу до Фирсы.
Он замолчал. Девица подошла к нашему столу и сноровисто стала сгружать с подноса тарелки. Куски серого хлеба, какое-то жаркое, и суп. Какой-то напиток в стаканах.
- Спасибо вам, - поблагодарила я ее.
Она улыбнулась краем губ.
- Да ешьте на здоровьичко, - и, взметнув юбкой воздух, отошла от нас обратно к стойке.
Мы схватили ложки и принялись за еду. У нас уже как-то вошло в привычку есть один раз в день. По вечерам. По-другому не получалось.
- А вкусно, - пробормотала я, торопясь поскорее съесть все принесенное.
- Эль не торопись, - усмехнулся Лан. - Никто у тебя ничего не отберет.
- Идти туда далеко? - немного насытившись, я продолжила прерванный разговор.