В полном молчании мы подошли к дворцовой конюшне. Едва я вошел в помещение, из одного денника меня позвали тоненьким ржанием. Огонек! Я метнулся в дверце, распахнул ее и замер, глядя на своего… единорога?
— Эль, а морок? — удивленно спросил я.
— Таш сказал, что не надо мороков. Он защищал нас там, в горах, будучи собой, и поэтому, чтобы он самим собой и оставался, — ответила Эль.
Пока я обнимался с Огоньком, они вывели своих лошадей во внутренний двор и оседлали. Естественно, всех, кроме Разбойника. Он фыркнул мне в лицо, внимательно обнюхав, а потом уткнулся мне в плечо бархатным носом и вздохнул. В недоумении я погладил морду к'ярда.
— Что с ним случилось? — спросил я у Эль.
— Они все знали, что тебе плохо. Огонек тоже болел, пока ты находился во Тьме. Как будто ваша связь с ним, и его пыталась затянуть за грань. И Разбойник послужил, как бы якорем, не отпуская Огонька. И характер у него после этого немного изменился, — заключила она, поглаживая шею к'ярда.
— То есть, если я захочу на него сесть, он меня не съест? — со смехом уточнил я.
— Тебя тогда закидает магией твой Огонек, — рассмеялась Зира, — А Разбойник, помимо Эль, позволяет сесть на него, только Лану. И то не всегда, а по настроению.
— О, понятно, — улыбнулся я.
Мы выбрались за территорию дворца, проехав через огромный парк, который отделял сам дворец от территории города. Что меня удивило — никаких заборов, оград и ворот. Просто парковые аллеи, а следом городские улочки.
Милые домики, чистые, аккуратные, в основном двухэтажные. Крыши покрыты черепицей, стены домов увиты плетущейся зеленью. Аккуратные палисадники перед каждым домом. Проехали через невысокий мост, соединяющий два берега узкой реки.
— Это Шерпа, — кивнула Зира в сторону реки. — Она достаточно мелкая, устье ее находится в лиге от Шаргоэрэна, питание получает от подземных родников. На ее берегу расположились и Шаргоэрэн, и Думатар. А уже за ним, она делает резкий разворот на север и впадает в северо-восточное море.
— Судоходная? — спросил я.
— Здесь в Шаргоэрэне нет, слишком мелко. В Думатаре да, там большой порт, и неплохо развита торговля. Здесь только торговые караваны.
— Понятно, — я задержался на мосту, и посмотрел в воду. Она была настолько чистой, что можно было разглядеть все камешки на дне. М-да, это не Ренка, текущая в Сидоне.
Насколько я понял, слухи, и сплетни в Шаргоэрэне распространялись едва ли не быстрее, чем в моей Империи. Похоже, все драконы знали о том, кто такой я, и кто эти эльфы. Не удивлял их и единорог. Либо тут настолько безразлично относились к чудесам, либо просто привыкли за четыре месяца проживания Огонька на дворцовой конюшне.
Но больше всего меня поразили драконы. Различных цветов и оттенков, от белого до черного, они парили в небе как разноцветные флаги. Это было настолько потрясающее зрелище, что я не мог отвести глаз от синевы неба.
— Скоро и мы с тобой так будем — провела по моему плечу рукой Зира. — Тебе нравится?
— Нет слов, — качнул я головой, наблюдая за точками на небосводе.
Трактир, в который нас привела Зира, действительно был довольно уютным. Небольшой округлый зал, в центре столешница, за которой восседает сам трактирщик. Несколько подавальщиц. В дальней стене отверстие, соединяющее кухню с обеденным залом. Видимо именно через него и подают заказанную еду. Стены обшиты деревянными панелями, бронзовые люстры на потолке. На окнах легкие занавески, раздувающиеся от ветерка. Столики из темного дуба на две, три и четыре персоны.
— Если компания больше, разрешено сдвигать столы, — объяснила Зира.
Уютно, тихо, вкусно пахнет. Мне уже здесь нравится. Трактирщик, увидев Зиру, приветливо ей улыбнулся, и кивнул.
— Вы знакомы? — спросил я у нее, глядя на него.
— Меня он знает, я много раз бывала тут с подругами, но кто я, нет, не знает, — ответила она.
Мы выбрали столик подальше от входа, как раз на четверых. Подавальщица принесла небольшое меню, и мы сделали заказ.
— Итак, — я поднял вверх бокал с золотистым эльфийским вином, которое нам принесли вместе с заказом, — Ландиэль и Эльсинариэль, за вас! За новую семью!
— За вас, — повторила Зира, так же поднимая бокал и улыбаясь.
Обожаю эльфов, не смотря на их внешнюю холодность, их, оказывается, так легко смутить…
Оба новобрачных покраснели как пионы в саду Владыки.
— Дар, — Лан прокашлялся, прежде чем смог выдавить ответ, — мы очень рады, спасибо за ваше участие.
Эль вздохнула, и прислонилась к его рукаву щекой.
— Поверить не могу, — тихо сказала она, — Ничего не предвещало. Мы знали, да, о том, что нас это ожидает. И были готовы. Но это должно было случиться не раньше чем через четыре года, когда мне исполнится восемнадцать лет. И знать это одно. А когда тебя, без твоего же ведома, женят, или выдают замуж, это, по меньшей мере, странно.
— Богам виднее, — сказала Зира.
— Уж очень часто они вмешиваются в нашу жизнь, — вздохнул Лан, — я начинаю пугаться, для чего все это.
