Небольшой, но качественный косметический арсенал в моей сумке, художественный потенциал и творческий склад ума позволили сотворить из Глафиры девушку милейшей наружности. Бровь перевоплотилась в две выразительные дуги, подчеркивающие темные глаза. Крем и пудра выбелили кожу, сглаживая и скрывая недостатки, а легкий румянец придавал облику робость и очарование. Особенно, когда Глафире удавалось помолчать.
– Это просто волшебство! От такой девицы глаз нельзя оторвать! – восхищалась Новожия, шурша в сундуке. Она достала алый подгрудный сарафан и расшитую маками рубашку.
– Сударыня ведьма, да Вы просто кудесница! – не отрывала взгляда от зеркальца будущая невеста.
– Глафирушка, поторапливайся, нужно успеть тебя одеть, пока жених твой не пошел к другой девице свататься, – хлопотала Новожия. Глафира бросила на неё недобрый взгляд, но все же поднялась и принялась натягивать сарафан.
– Это не всё, – встряла я. – Этот макияж… точнее морок, не магический морок, – добавила я для ясности, – он только на вечер. Но есть способ добиться подобного результата надолго и для этого Вам не понадобится магия, лишь собственная настойчивость и желание.
– Сударыня, миленькая! Скажите, что мне делать! Батька Вам любые деньги заплатит! – прытко подскочила ко мне Глафира.
Я попросила бумагу и расписала процедуры для лица на каждый день недели с подробными рецептами. Там были домашние маски с травами, фруктами и ягодами, настои и ограничения в питании. Вручила наставления Новожие, чувствую, это, по большей части, будет её заботой, и я ей не завидовала.
Глафира прошла сквозь дом и вышла к гостям. Новожия потопала следом. Послышались возгласы восхищения, зарыдали женщины. Кажется, впечатление невеста произвела. С чувством выполненного долга я направилась к выходу. Не хотелось бы на радостях получить еще какое-нибудь задание, более магического толка, с которым справиться будет на порядок сложнее, если вообще возможно.
На заднем дворе было безлюдно. Егора стояла поодаль и щипала сочный клевер. Чуть дальше, там, где виднелась последняя хата и начиналась небольшая роща, я заприметила четыре камня. Они скромно возвышались на небольшом пригорке, куда вела тонкая, но хорошо протоптанная тропинка. Посещение храмов и церквей, а в этом случае капищ, чужой страны является неотъемлемой частью познания новой культуры. Поэтому я смело направилась в ту сторону.
Алый лучик вечернего солнца отразился в хрустальных глазах каменной статуи и на мгновение ослепил меня. Этого оказалось достаточно, чтобы я тут же споткнулась на крутой тропинке и полетела лицом вниз навстречу мелким острым камешкам. Приземлилась на рефлекторно выставленные перед собой руки, разодрав в кровь правую ладонь. Всенепременно необходимо что-то делать с моей напрочь отсутствующей ловкостью. Собственно, эта проблема и довела меня до путешествия в другой мир и на фоне этого факта пара капель крови даже не стоили моего внимания. Я оторвала лист подорожника, средства проверенного травмоопасным детством, и зажала его в ладони.
Капище было небольшим, все четыре статуи оказались с меня ростом. Высеченные человекоподобные лица смутно угадывались на камнях, давно поросших лишайником. Тем не менее, глаза у всех сверкали так, будто их натирали каждый день: прозрачные, красно-малиновые, зеленые и темно-синие. Я несмело подошла к Богине Воды, достала из кармана камень подаренный магом и приставила для сравнения. Похоже, это действительно был сапфир.
Точно посреди капища стояла плотно вросшая в землю круглая каменная лохань с плоским дном. Я могла только догадываться о её предназначении, но судя по черной копоти, тут иногда разводили огонь. На дне лохани была высечена двенадцатиконечная звезда, состоящая из четырех треугольников. Я и не заметила, как капля крови стекла по листу подорожника и капнула на дно этой посудины.
Кровь тут же с шипением впиталась в камень не оставив и следа. Не успела я в глубоком удивлении отпрянуть в сторону, как меня накрыло душной волной силы. Поднялось давление, в висках зашумела и запульсировала кровь, я опустилась на колени, прижимая руки к голове.
Спустя несколько секунд весь дискомфорт улетучился, оставив чувство необъяснимого транса, либо, если хотите, опьянения. Руки двигались медленно, мысли путались. Я оглянулась по сторонам – статуи излучали тусклое свечение, а камни в их глазах сверкали, пульсировали, будто там, внутри них разливалась сила и эти маленькие камушки позволяли заглянуть на мгновение туда – в обитель первозданной энергии.
Я поднялась на ноги и поочередно обошла всех Богов, замирая и всматриваясь в лица. Меня одолевало поразительное ощущение чего-то близкого, родного и чрезвычайно приятного. Я совершенно ясно осознала, что это моё и всегда таковым являлось. В этих драгоценных глазах пульсирует моя собственная жизнь, моя кровь, я сама состою из этих стихий. Эта сила не поддавалась классификации и определению. Я не чувствовала добра или зла, страданий или наслаждений, я лишь погрузилась в состояние абсолютного комфорта и полноценности.
