У самой кромки леса обнаружила полянку земляники. Не хотелось бы лишний раз задерживаться, но раз такое дело.… В общем, ягоды были крупными, ароматными и безумно вкусными. Оставшийся путь, подсказанный духом, прошел без инцидентов, что не могло не радовать.
И вот долгожданное избавление от лесного заточения! Я вышла в поле и увидела дорогу. Это, мягко говоря, было не то, на что я рассчитывала. Меж двух полей, поросших высокой травой, проглядывался наезженный тракт.
Но будем довольствоваться тем, что есть.
Спустя час непрерывного вышагивания по пустынной дороге меня начала снедать усталость, а впереди виднелись лишь поля с редкими сосенками. Горизонт представлял собой изломанную линию поросших лесами холмов. Поодаль, с левой стороны, паслись дикие бурые лошади, осторожно косясь в мою сторону. Как будто мне сейчас было до них дело, тут бы протянуть еще немного, пока нога не отказала.
– Эй, колченогая! Лошадь не нужна? – послышалось сзади. Человек! Я поспешно обернулась. На обочину с поля вылезла серая в яблоко лошадь с платиновой гривой, оседланная и совершенно невозмутимая. Я тщательно осмотрелась по сторонам, но больше никого не увидела.
«Тьфу ты, челядь необразованная! Молчит, аки жаренный карась. Али немая?» – вновь прозвучал голос в голове.
Кажется, у меня началась интоксикация из-за перелома, либо прогрессирующая шизофрения. Накручивать я себя умела, поэтому подоспевшая паника без церемоний выжала из меня остатки сил. Я побледнела, села, а точнее упала на дорогу и жалостливо заныла:
–Я же боролась… я же почти выбралась! Ну за что?…
«Нет, не немая – божевольная! Таких хозяев нам не надо, пойду помаленьку отседова…» – не унимался незнакомый голос. Лошадь развернулась и с опаской двинулась по тракту.
Во мне внезапно проснулся боевой дух.
– Ану стоять! Стоять кому говорю, кобыла тупоголовая! – выкрикнула я, подрываясь с дороги. Лошадь развернулась и сурово глянула в мою сторону.
«Ты чего, девка, честное животное оскорбляешь? Сейчас дам копытом промеж глаз – так и будешь тут опочивать, волков дожидаясь» – путем скудных умозаключений, я поняла, что держу сей высокопарный диалог с лошадью. Ну да чего уж тут удивляться, после всего ранее испытанного и по счастливой случайности пережитого. Честно сказать, я искренне надеялась оставить все видения и подобного рода эксцессы в том злосчастном лесу, но, видимо, не с моей удачей.
– Ладно-ладно, хорошая лошадка. Иди ка сюда, я тебя не обижу, – заговорщическим тоном залепетала я, приближаясь к лошади-телепату. – Я тебе вкусненького дам, – ага, кто бы мне чего вкусного пожаловал.
«Я что, по-твоему, вчера родилась?» – фыркнула кобыла и сделала шаг назад, я остановилась и скептически поинтересовалась:
– И чего же ты хочешь, разумница?
«Богатства и славы. Зависит от того, что ты можешь мне предложить», – топнула черным копытом по земле моя собеседница.
– Могу предложить довезти меня до ближайшего поселения, а я уж предам твой бессмертный подвиг огласке и овею его легендами.
«Я тебе не женщина временного пользования. Если берешь – то насовсем, без испытательных сроков. Либо ровно до тех пор, пока не найдешь мне достойные условия содержания», – а эта кобыла умеет вести переговоры и цену себе набивать не стесняется.
– По рукам! Вернее по копытам… ну, ты поняла, – я легонько похлопала свой новый транспорт по шее.
Последний урок верховой езды у меня состоялся в глубоком детстве в парке, после чего все познания носили исключительно теоретический характер. Провозившись около десяти минут, я с огорчением, вынуждена была признать, что с моей сноровкой и распухшей ногой мне не оседлать даже козла. Лошадь довольно фыркала, а в моей голове слышалось мерзопакостное, но сдержанное хихиканье. Я взяла поводья и подошла к краю дороги, где старая кривая сосна мирно соседствовала с метровым валуном, врастая в него наполовину. С грацией хромого гуся я влезла на камень и героически запрыгнула в седло. Знай наших!
Мы ехали молча. Меня немного смущало заводить психопатические разговоры с лошадью, чтобы не провоцировать себя лишний раз на проявления моей новой патологии, хоть мне и было невероятно любопытно.
Я чувствовала, что засыпаю, еще немного и замертво свалюсь с седла, нужно отвлечься. Предположим, что моё общение с кобылой – это продукт моего воспаленного сознания и разговариваю я сама с собой, в таком случае, грех не поддержать беседу с хорошим человеком.
– Раз уж мы теперь повязаны договором, то будет целесообразно познакомиться. Как тебя зовут? – начала я, как бы невзначай.
«Решила наладить контакт со средством передвижения? Удивительно, – уловила я уже знакомый голос, – Я Егора. Своё имя назовешь? Хотя мне дела особого нет…»
–Зови меня… Эл. Да, Эл, – познакомилась я, уставившись на развернувшиеся ко мне уши.
«Сомневаешься в собственном имени? Однако, точно божевольная. Божевольная модница, вся в контрабанду выряженная»
Я ещё с кобылами модный совет не держала!
– В каком это смысле, контрабанду? Твой знакомый конюх одевается только в робу?
