После произошедшего на болоте, когда нас переселили в этот дом, в тот день Анаэль приставила Жору к стоящему неподалёку дереву и со словами «Охоться!» отпустила. Жора сразу же побежал по стволу к самому верху. Когда я спросил, зачем, ламия ответила:
— Жора уже несколько дней не ел. Пускай поохотится.
— А если его, к примеру, тори съест?
Анаэль взглянула на ствол дерева и выдала:
— Нового заведу.
Сказать, что я удивился — ничего не сказать.
И, видимо, мой взгляд был достаточно красноречив, чтобы Анаэль поняла, какие мысли у меня возникли, а потому сразу же начала оправдываться:
— Ты не правильно понял! Просто прошло недостаточно времени, чтобы мы сблизились! Он может даже не захотеть возвращаться!
Оказалось, что у ламий считается, будто питомцу, который провёл с хозяином меньше месяца, плевать на хозяина. Следовательно, ПОЧЕМУ ХОЗЯИНУ ДОЛЖНО БЫТЬ НЕ ПЛЕВАТЬ⁈ Странная логика у ламий, но да ладно. Можно сказать, это поверье стало уже частью их культуры.
Раз уж Анаэль начала оправдываться, значит для остальных рас этого мира подобное тоже выглядит странно.
Возвращаясь в настоящее…
— А где Лин? — спросил я.
Дом был пуст. Лин шла впереди нас и первой зашла в дом, но сейчас её здесь не было.
Анаэль огляделась и также ничего не увидев, недоумённо посмотрела на меня.
Я решил немного успокоить её:
— Скорее всего, она позже вернётся. Как и в прошлый раз у неё могут быть дела.
— Но всё же… — очень тихо пробормотала Анаэль.
— Я гарантирую тебе, что утром она уже будет здесь, — сказал я и улыбнулся.
Но меня тоже одолевали сомнения и беспокойства. Вдруг я ошибаюсь и она, решив, словно мы больше в ней не нуждаемся, потому что даже толком не интересовались её состоянием, покинет нас?
Анаэль не могла читать мысли и не догадывалась о моих переживаниях, а потому, полностью мне доверяя, сказала:
— Хорошо!
Позже, когда я уселся на свою шкуру, а Анаэль достаточно понежилась с жоркой, мы начали есть. Но насытиться этим не получилось, ведь съел я только половину, как и ламия. Причём Анаэль ела аккуратно, а не как в прошлые разы, благодаря чему вообще не испачкалась. Только руки жирные…
— Анвил, — повернувшись ко мне, — Мне бы ручки помыть.
Я немного полил на её руки воды, а она их мыла. Разумеется, делали мы это над растениями.
— А ещё я пить хочу.
Взяв из одной из корзин жестяную банку, я налил в неё воды, чтобы ламия могла из неё в любой момент попить.
Закончив, я вздохнул и лёг на свою шкуру, сразу же почувствовав, как слипаются глаза. Хочется спать.
Краем глаза в темноте замечаю, как Анаэль с Жорой в руках забирается в свою корзину, что находится справа от меня. После на край корзинки она подвесила платье.
— Анаэль, а тебе есть чем укрываться? Разве твоё одеяло не мокрое?
— Да, — раздался из корзинки голос, — У меня же есть ещё одеялки!
Точно… Одним платком Анаэль тогда урывалась, а два других прикрывали корзины.
— Слушай, — начал я лёжа, смотря на тёмный потолок, — В этом мире пять времён года, но, в таком случае, какой у вас календарь? Сколько дней в неделе?
Я бы так и продолжил лежать в воде сенота, если б не пришлось постоянно ловить на себя взгляды озабоченной ламии, и продолжал бы спрашивать их о разном. Теперь буду делать это здесь.
— Ммм… — послышался задумчивый голос Анаэль.
В комнате было очень темно, но благодаря растениями в центре комнаты, всё тускло освещается слабым зелёным светом.
— У нас… — продолжила ламия, — Девять дней в неделе.
— А как они называются?
— Первый — Дорин Амринтелин, — начала Анаэль, а из корзинки выглянули руки и с каждым произнесённым названием она оттопыривая на них пальцы, — Второй — Дорин Арморинтелин. Третий — Дорин Валоринтелин. Четвёртый — Дорин Тууфа Илуминта. Пятый — Дорин Тууфа Тьмора. Шестой — Дорин Виндоринтолон. Седьмой — Дорин Алтринтолон. Восьмой — Дорин Бессоринтолон. Девятый — Дорин Раторинтолон.
Закончив, ламия, судя по голосу, улыбнулась развернув ладонь с оттопыренными пальцами ко мне:
— Всё!
… Писец, я как это запомнить должен⁈
— Боюсь спросить… — сказал я, хмурясь, — Если у вас есть деление на недели, то это значит, скорее всего, что есть деление и на месяцы? Сколько их?
— Десять, — ответила Анаэль, — В каждом шесть недель, пятьдесят четыре дня.
Подожди-ка… это сколько дней в году?
И я, своим постепенно засыпающим мозгом, начал пытаться считать это в уме, но тут меня перебила Анаэль:
— Первый — Лунд Нерейдий Вдох, — снова начала Анаэль, а из корзинки выглянули руки и с каждым произнесённым названием она оттопыривая на них пальцы, — Второй — Лунд Дивинэрэ. Третий — Лунд Креа. Четвёртый — Лунд Прима Заэтк. Пятый — Лунд Высаризонти. Шестой — Лунд Зарин. Седьмой — Лунд Крэ-эт. Восьмой — Лунд Вегрори. Девятый — Лунд Эссэй. Десятый — Лунд Эрнэль.
Анаэль я не слушал, вместо этого смотря в потолок и, пусть и со сложностями, но всё же подсчитал, что в итоге в этом мире пятьсот сорок дней в году. Навыков счёта в уме у меня вообще нет. Сначала пытался складывать и только потом додумался умножить пятьдесят четыре на десять.
— А какие месяца к каким временам относятся? — спросил я.
