- Спасибо, господин майор, - гаркнул он, пинком разворачивая в нужном направлении обалдевшего от радости Губоню.
Они сдали свои лопаты - ничего не поломано, не потеряно, так что им и не досталось ни по мордам, ни по задницам - и побежали к своей машине. Но остальных почему-то ещё держали у дамбы, и вот здесь-то и началось.
Они уже собирались рассаживаться, уже и дверца открыта, и ему осталось сесть за руль, прогреть мотор и сбегать за карточками, когда сзади донёсся чей-то крик. И с первого взгляда всё понятно: драка большая и серьёзная. А у блатяг ножи, и уже первый раненый, держась за живот, выбрался из толпы и упал, ткнувшись в землю светловолосой головой.
- Зарезали?! - ахнул Губоня.
- Вот теперь началось.
- Да уж, хорошо, хоть участок успели сделать.
- Ну, теперь только ждать, чем закончится.
- Дикарей больше.
- Это толпа, а уголовники организованы и вооружены.
- Спорим...
Лейтенант с зелёными петлицами не договорил. Резкий свист, от которого вздрогнули и качнулись вперёд охранники, так же уже начавшие держать пари на исход драки, прорезал воздух. И крик, крик, который сразу узнали, и который чуть не сорвал их самих в гущу драки.
- За мно-ой! В атаку-у!
Шестнадцать человек в ярко-оранжевых с радужными эмблемами комбинезонах пробежали от машин к толпе и врезались в драку.
- Тарпан, своих слева заводи! - успел он крикнуть на бегу.
Тарпан молча повёл свою бригаду налево. Остальные, сразу поняв задуманное им, так же рассыпались по двое и трое, окружая основное ядро драки.
- Однако, стратег волосатый!
- Но командир, это точно!
- Фронтовик и за дикарей? Странно!
- Похоже, полукровка.
- Да, видно, всё дело в этом.
- Но за что попал?
Он дрался яростно и вдохновенно, если так можно сказать о драке, пробиваясь к замеченному им сразу главарю уголовников. Вырубить того, остальная шваль сама разбежится. Сволочи, с ножами на безоружных. Ну, так, вы меня, гады, узнаете и запомните. Я вам живо категории поменяю.
- Мочи дикарей!
- Сволочь, без категории оставлю!
- Так их, Рыжий!
- Сзади!
- Делай его!
- Урою, гады!
Он шёл сквозь толпу, отбивая, отбрасывая от себя ненавистные хари, будто именно они были виноваты во всём случившемся с ним. Шёл, ступая по упавшим, брошенным им себе под ноги. Рукопашная свалка, где главное и единственное - не перепутать, кого бьёшь. Но спутать тюремную униформу он не мог.
- Вот это класс!
- Спорим, уложит этого.
- И спорить нечего, ты гляди, как нож сквозь масло идёт.
- Наша закваска, пехотная!
- Лихой парень.
- Это скольких он замочил, что клеймо заработал?
- Если бы разрешили возродить гладиаторские бои, цены бы такому рабу не было!
- Да, было бы совсем неплохо.
- И где бы вы нашли ему достойных противников?
- Ну, скажем, против льва он бы тоже вполне прилично смотрелся.
- О да, такой же рыжий и лохматый.
Все дружно рассмеялись.
Перед глазами мелькнуло лезвие, он перехватил чужую руку, вывернул запястье так, что хрустнули разрываемые связки, а нападающий завыл от боли, и отобрал нож, но не бросил, а перехватил. Теперь он с оружием. И ощущение рукоятки в ладони всё изменило. Холодная ненависть как-то незаметно для него сменила бесшабашную озорную злобу начала, и он теперь шёл вперёд, уже убивая. Молча и спокойно, как делал это в настоящем бою. Он никому ничего не сказал, но бившиеся рядом с ним так же перехватывали, отбирали ножи и тут же пускали их в дело. Драка стала избиением.
Ожесточение битвы заметили и зрители.
- Прекращайте.
- Да, потери превысят естественный процент.
Короткая команда заставила охрану подтянуться и приготовиться к стрельбе.
Ещё одна команда, и затрещали автоматы, скрещивая над дерущимися длинные очереди.
Услышав над головой свист пуль и мгновенно сообразив, что следующая очередь уже по ним, он заорал, перекрывая крики, стоны и визги.
- Ложи-ись!
И рухнул на землю, отбросив в сторону нож и надеясь, что парни услышали его и выполнят команду. Мгновением позже так же закричали, укладывая своих, другие Старшие. Арестанты попадали сами, видимо, лучше знакомые с нравами охраны. Лёжа на земле, он осторожно приподнял голову, выглядывая своих, но лежавший рядом чернобородый мужчина шепнул.
- Лежи тихо и жди, пока вызовут.
- Паря, - позвали его так же тихо с другой стороны, - нож выброси. Найдут - пристрелят.
- Уже, - ответил он.
- Мы ещё встретимся, образина, - шёпотом пообещал ему его противник, которого он успел обезоружить, - ты мне ещё попадёшься, морда волосатая.
Он посмотрел в его бешеные чёрные глаза, на синюю татуировку, не прикрытую короткими чёрными волосами: квадрат с точкой, и улыбнулся.
- У Огня встретимся, голозадый, там и закончим.
- Как ты меня назвал? - удивился тот.
- Как заслужил, - он усмехнулся, - а то ты другой, что ли?
Чернобородый одобрительно хохотнул.
Вызывали не по номерам, а по владельцам. Вызванные вставали и выходили к оцеплению, там их обыскивали, если что находили, то избивали, и прикладами гнали к машинам.
- От Сторрама!
Он легко оттолкнулся от земли и встал. Сразу нашёл взглядом своих, быстро пересчитал и удовлетворённо вздохнул. Все шестнадцать, и не видно, чтоб раненые.