- Ну вот, и у неё ветром унесло такую тряпочку, и прямо на эмблему, так он, - Гархем рюмкой показал на Гаора, - полез за ней. По стене, по растяжке... - Гархем снова отхлебнул и с живым интересом посмотрел уже не на собеседников, а на него, - Рыжий, она что, и в самом деле такая сладкая была?
- А сейчас она где? - спросил капитан.
- Утилизирована, - кратко ответил Гархем и неохотно пояснил, - вышел не очень приятный инцидент, и её пришлось отправить на утилизацию. Так он прямо в буйство впал, пришлось изолировать. На трое суток, - и хихикнул уже вслух, - для успокоения и вразумления.
- Надо же, - капитан покачал головой, глядя на Гаора, - страсти какие. Так что, у всех, значит, вдоль, а у неё поперёк...
Стиснув зубы до боли в скулах, Гаор молча, не выдавая себя ни единым движением, слушал их разговор.
- Сколько постов на Седьмой Аллее?
Что? Это при чём? Но ответ выскочил автоматически.
- Три, господин.
- Назови.
- На повороте к Воротам Основателей, на развязке с тринадцатым шоссе и на развороте к главному Храму. Господин.
Спокойный кивок.
- Где воевал?
Опять снова-здорово, это-то зачем? Но Гаор добросовестно перечислил.
- Вергер, Алзон, Валса, Малое поле, Чёрное Ущелье.
- Ого, - капитан даже присвистнул, - живучий ты, редкость для сержанта, даже старшего.
Гаор прикрыл на мгновение глаза, не давая прорваться наружу клокотавшей внутри злобе. Его усилий, похоже, не заметили.
- Всё, что ни делается, всё к лучшему, - философским тоном заметил Гархем.
- Огонь хранит человека для предназначенного ему, - с подчёркнуто благочестивым видом кивает капитан.
И все трое смеются.
"Смейтесь, сволочи, Огонь, значит, меня для рабства хранил, ладно, хрен с вами". Но лицо Гаора сохраняло прежнюю неподвижность.
- Нормы выдачи?
Опять ему?! "Хрен с тобой, помню".
Спокойно равнодушным тоном Гаор перечислил нормы табельной выдачи по линиям фронта. Все три линии он хорошо знал, прочувствовав на своей шкуре, получая и выдавая пайки, а то и выбивая их из тыловых каптенармусов.
- Смотри, какая память, - весело удивился капитан.
И новые вопросы вперемешку, о дорогах Алзона и правилах списания, как проехать по Аргату и где на Малом Поле стояли морпехи, за сколько боёв дают медаль "стойкости" и правила переписки. Гаор отвечал спокойно даже равнодушно. Гархем продолжал тихо хихикать, рассматривая свою рюмку, будто слушал анекдоты, а скорее всего, даже не слушал, а смеялся над чем-то своим. Сторрам одобрительно кивал на каждый его ответ, будто сидел на экзамене.
И опять внезапно.
- Упал, отжался.
Гаор качнулся вперёд, выставляя для упора руки. Сколько раз отжаться, ему не сказали, и он начал отжимания, готовый хоть к сотне, хоть... ни хрена себе господа развлекалочку устроили. Но это ладно, лишь бы опять лапать не лезли. Только сейчас до него дошёл весь ужас той, слышанной в отстойнике фразы: "купит тебя такой себе на подстилку, и спи потом всю жизнь у параши". Он не Тукман, за него так заступаться некому. Значит... значит, если опять полезет с руками, бить сразу. Хватит с него.
- Достаточно.
Команда прозвучала на шестьдесят восьмом отжимании, и, выпрямившись, Гаор перевёл дыхание двумя вздохами.
- Дамхар знаешь?
На мгновение выдержка изменила Гаору, и он удивлённо посмотрел на капитана.
- Там не воевали, господин, - вырвалось у него.
- Верно, - кивнул капитан, - глубокий тыл.
Кивнул и Сторрам.
- Сельская глубинка, - мечтательно произнёс он, - пастораль, патриархальные нравы.
- Да, полковник. И пока мир, надо его использовать.
- Пока? - оторвался от рюмки Гархем.
Капитан пожал плечами.
- Ничего вечного нет, особенно перерывов между войнами.
- Дамхар в глубине для любого фронта.
"Но не для дальних бомбардировщиков", - сказал про себя Гаор. Он хорошо помнил эти большие плотно идущие в вышине машины. Фронтовой пехоте, закопавшейся внизу по маковку в землю, они не угрожали, но если истребители встречали их над фронтом и те начинали сваливать свои бомбы, предназначенные для городов и мощных тыловых укреплений, куда попало, тогда было по-настоящему хреново.
- Сколько отпущено Огнем, столько и возьмём.
"Много вы в этом понимаете", - по-прежнему беззвучно сказал Гаор. То, что про него вроде бы забыли, его не обманывало, но всё же позволило слегка перевести дыхание и привести в порядок мысли. Для торгов ему задавали слишком много и не тех вопросов, может, это и в самом деле, у них такие развлекалочки оригинальные. На любой вкус, но понемногу. А время уже не к отбою, а за отбой. И ему завтра с утра в гараж или, что ещё хуже, когда не выспишься, в рейс. Но чья же это квартира? Или... была у него уже мысль, что Гархем живёт прямо здесь в комплексе, и если это его квартира... надо сообразить, входят ли его окна в полосу одностороннего стекла. Если да, то многое понятно. Стоит себе у окна, в зубах после завтрака ковыряет и видит всё и всех. Потому и оказывается вовремя и в нужном месте. Неплохо придумано. По коридору можно попасть минимум на три лестницы и спуститься и в рабский тамбур, и в административный корпус, и на склады. И Гархем... как паук в центре паутины...
