Но Клирия и Элизи… Эти две — да, могут стать целью, если уже не стали. Обе слишком заметны в определённых кругах и обе слишком хорошо осведомлены о наших делах. И плюс служанки и служащие, которые слишком много знают…
Так, вдох-выдох, вдох-выдох…
Я стоял перед зеркалом глубоко и медленно дыша, чтоб успокоиться и действовать так, как следовало бы действовать в такой ситуации. Всегда что-то идёт не по плану и случаются форс-мажорные обстоятельства, но именно для этого и существуют запасные планы, точно обговаривающие действия при той или иной проблеме.
И у нас на этот случай так же был разработан план. Служанок распустить быстренько и раскидать по определённым местам, чтоб потом можно было собрать обратно; служащих, посвящённых в наши тайны, вывезти. Как вывезти и Клирию с Элизи.
Да, у нас был же план насчёт этого. Было уже решено заранее, кто куда поедет и кто где скроется. Единственное, что отличалось — теперь их не прикрывала армия, только наша личная гвардия из наёмников и наёмниц.
Поэтому надо было просто действовать по заранее подготовленному плану. Просто строго следовать инструкции, которая была разработана на холодную голову с точным логическим расчётом, а не на «мне кажется».
И сложнее всего было откинуть собственные чувства и следовать ему, когда этот план уже не выглядел столь правильным, противореча моим желаниям.
— Клирия, — наконец вернул я твёрдость в голос. — Планы сменились, вы эвакуируетесь в безопасные места. Возьмите с собой Мамонту, чтоб она сопроводила вас. Без неё армия не обнищает. Однако вам придётся двигаться только с наёмницами, подкрепления не будет.
— Я поняла, — кивнула она.
— Отлично. Всё, как и было обговорено.
Мы не должны потерять обеих, как бы это цинично не звучало.
Я же тем временем должен буду как можно скорее дойти до короля, чтоб выбить из него всё это дерьмо. Я не знаю, как ублюдок выяснил где мы прячемся, но теперь ему это не сильно поможет. Да, он хотел спасти сына и так далее, но… выживает сильнейший, остальные же сдохнут.
Нам… мне необходимо было вернуть Фемию обратно, туда, где ей рады и её любят. Любой ценой. Но при этом не подставить своими действиями на горячую голову ещё больше народу.
— Можете начинать, — сказал я и внимательно посмотрел на чернявую. — И Клирия, береги себя. Если что пойдёт не так, просто беги как можно дальше.
— Не беспокойтесь, мой господин, — без улыбки поклонилась она. — Я сделаю всё в лучшем виде.
— Постарайся, — я красноречиво посмотрел на её живот. — Теперь ты не одна. Хватит с меня уже одной головной боли от непослушной дочери.
А вот здесь она слабо улыбнулась.
— Не беспокойтесь. Всё будет хорошо.
Я надеюсь. Очень надеюсь на это.
— Тогда… я пошёл. Мне предстоит ещё тяжёлый разговор.
— Принесите всем уверенность, — сказала напоследок Клирия, прежде чем милашка Кстарн её увела.
Уверенность.
Теперь я сам не уверен ни в чём. Вернее, я уверен в себе и своих силах; знаю, что могу отправить на тот свет уйму народу, однако… я не уверен в том, что смогу спасти дорогих мне людей.
Финишная прямая теперь выглядела какой-то нереальной.
Я вышел из комнаты, полный сомнений. Даже не представляю, как отреагирует Констанция с Эви, но… Эви возможно отреагирует более адекватно, однако Констанция, как мать, может слететь с катушек. Этого я и боюсь, потому что в армии многое на ней держится. И мало ли что она учудит, решив лично приложить руку к спасению дочери.
Я их встретил внизу, кушающими и о чём-то болтающими, не обращающими внимания ни на что. Ну кроме меня, когда я подошёл ближе.
— На тебе лица нет, что случилось? — тут же навострилась Эви.
— Опять что-то учудил? — хмыкнула Констанция и продолжила есть.
Даже представлять не хочу, что будет, когда я им сообщу радостную новость.
— Констанция, Эви, за мной на пару слов, — сказал я и, видимо, по тону они поняли, что услышат сейчас что-то из ряда вон выходящее. По крайней мере обе молча встали и без лишних слов пошли за мной.
Я привёл обеих в комнату, чтоб избежать чужих ушей, после чего кивнул им на кровать.
— Сели.
— Патрик, что… — начала было Эви, но я повторил.
— Сели на кровать. Обе.
Так у меня будет время бросится на них, если одна из этих дурочек попытается убежать или сделать глупость, в чём я был частично уверен.
Эви, больше не произнеся ни слова, села, встревоженно глядя на меня. Я же в свою очередь встревоженно смотрел на Констанцию.
— Констанция, у меня хуёвые новости…
Было удивительно, что я смог уложить Коню с одного удара, так как в прошлом я сломал об неё руку. Сейчас же её отбросило обратно на кровать, и она не сразу пришла в себя, что дало мне время её придавить и не дать сделать попытку опрометчиво сбежать ещё раз.
Эви же просто сидела и смотрела туда, где стоял я, словно её поставили на паузу. Сидела со слегка приоткрытым ртом и смотрела хер знает куда. Ну хоть на одну проблему меньше…
— Твою мать, Констанция, тупая ты шлюха, приди в себя! — тряхнул я её за плечи. — Приди в себя, ёбаны ты в рот!
— Отпусти! Отпусти меня! Ублюдок, это моя дочь! МОЯ ДОЧЬ!!!
— Это и моя дочь!
