- Она погибла в Западной марке, защищая торговый караван. Без нее мне тут нечего делать. Я хочу вернуться на юг на ферму предков, но для этого нужно купить место на корабле.
- Сколько ты хочешь за все?
- Мне нужно пятьдесят ортугов.
Похоже у местных мореходов одна цена на билет. За эту же сумму меня на Исэй отвезли. Удобно.
- Так тут кожаная куртка, разрез на груди зашит и усилен, копье, праща и кожаный шлем. Согласен на пятьдесят ортугов. Тебе не жаль продавать памятные вещи твоей жены?
- Я хочу сохранить в памяти ее образ как любимой жены, а не воительницы.
- Какая она была?
- Золотые волосы, изумрудные глаза, самая красивая улыбка. Я не знаю, что она нашла во мне. Когда мы познакомились она уже была воительницей. Я не смогу больше никого полюбить.
Уна украдкой вытирает слёзы.
- Спасибо тебе тэн, теперь я смогу уехать из этого города, который разлучил меня с моей любовью.
Он вскакивает, растирает ноги, сворачивает одеяло и растворяется в толпе. Шлем, копье и доспех я вручу Харальду, а вот пращу потом сдам Ярнсмиду для местных в Айсборге. Теперь найдем корабль Хара.
Искать долго не пришлось. Возле сходней одного корабля я заметил Скегги – хускарла Хара, который не лестно отзывался о нашем бражном зале. Темные глаза из-под кустистых бровей излучают неподдельное снисхождение. Нечасто увидишь такое высокомерие на лице столь простого человека. Его взгляд ловит мой и в нем вспыхивает узнавание. Он не спеша подходит.
- Я тебя знаю. Ты тэн Айсборга, верно? Я видел, как ты дрался с какими-то деревенщинами на поминальном пире по твоему отцу. Может когда-нибудь ты так же смело выступишь и против настоящего воина?
- Это ты про себя намекаешь? А кто тебе в пьяном бреду сказал, что ты настоящий воин?
- Ха, ха! Какие мы грозные. Уже дрожу от страха. Говорят, Айсборг набирает людей. В Годхавне ты никого не найдешь. Я уже нанял всех, кто будет не зря есть свой хлеб.
- Что у тэна Хара люди куда-то пропали раз тебя прислали набрать новых?
- Не твое дело.
- У кузницы на меня и моих людей напали наемные убийцы, у которых с собой был этот медальон. Я знаю, что получили они его от твоей знакомой – Брюньи. Тебе об этом что-то известно?
Он самодовольно ухмыляется прямо мне в лицо.
- Если бы эта барсучиха хотела твоей смерти, мы бы сейчас с тобой не разговаривали. Похоже тебе надо быть поосторожнее?
- Учту. А ты уверен, что у Хара хватит серебра и запасов, чтобы платить воинам и кормить их?
- Если не хватит мы придем к тебе в гости в Айсборг.
- Мы всегда рады гостям.
- Как бы ваша радость была недолгой.
Он разворачивается и не спеша уходит. Может надо было его просто прирезать? Плохо, что вокруг народу много. До ярла дойдет, не удобно будет. Да и Хару явный повод давать не следует. И так по лезвию ножа ходим, с нашим пиратским рейдом. Надо спокойно осмыслить этот разговор. Там нас на пир приглашали, надо забрать Харальда и Халлу. Заодно отдать Харальду обновки.
Дом Фритьофа Система любезно отметила на карте, поэтому мы достаточно легко его нашли. Хотя в лабиринтах улиц Годхавна заблудиться проще простого. Особенно если учесть, что он постоянно перестраивается и расширяется. Возле порта как раз застраивают новую улицу, а потом и пепелище будут перестраивать и все запомненные ориентиры потеряют актуальность. Вот Москва в старину несколько раз полностью выгорала. Как приезжие люди потом в ней ориентировались ума не приложу.
Дом Фритьофа говорит об удобстве и достатке, но он не лишен некоей безвкусицы. Хотя может это мой взгляд из будущего, а для местных это самый шик. Хотя намешано тут у него. Старые боевые трофеи и оружие расположены вперемешку с дорогими, золотыми и серебряными украшениями. Цельности нет. Столы накрыты богато, на очаге в котле варится что-то вкусно пахнущее. Хозяин дома стоит у стола и с наслаждением грызет яблоко.
Вот гад, я же тоже яблоки люблю. Дайте скорее два. Он замечает меня и начинает говорить с набитым ртом. Куски яблока летят в разные стороны.
- Вот и ты сын Белого медведя.
- Меня зовут Андбьёрн Ингварсон, ты обещал мне рассказать о походах моего отца.
Фритьоф вытирает рот рукавом и широко улыбается.
- Садись за стол. Ты мой гость, а мои гости не должны страдать от жажды.
Он берет пару рогов и ставит их у очага. Дяденька собрался поить нас теплым пивом? Как-то в детстве пришлось мне так лечиться, гадость редкостная. А нет трелль принес мех с вином. Богатенький Буратино этот дяденька. В доме вместо одного большого стола было несколько маленьких, расставленных вокруг очага. Прям как придорожное кафе. Мои хирдманы расселись по залу. Трелли стали разносить по столам еду и напитки.
Уна подсаживается ко мне и неуверенно кладет свою руку мне на запястье, шепча на ухо.
- Не стоит это пить.
- Почему?
- Посмотри на треллей. Только молодые сильные мужчины. Этот Фритьоф явно что-то задумал. Зачем нас так рассадили по залу? Чтобы легче было скопом накидываться по отдельности? К тому же хозяину наливают из отдельного меха. Не хотят ли нас отравить?
- Я учту твои опасения, любимая.
Фритьоф поднимает рог, но я успеваю его опередить и задать вопрос.
