Он снова искоса посмотрел на Артёма, но голем даже не шевельнулся. Тем более, что ничего особенного учитель, по его мнению, не сказал.
— Высокие энергии всегда опасны, — произнёс он, как аксиому, — для дураков.
И учитель удовлетворённо кивнул, показывая, что оценил юмор.
— Ну что, попробую сотворить контур! — сказал Артём, полагая, что в этом и состоит смысл нынешнего урока.
Но Громалк отрицательно покачал головой.
— Нет, рано. Сперва я хочу, что бы ты попробовал простую перекачку энергии из одной точки в другую. Это поможет тебе сориентироваться, и в последствии подобрать оптимальную для себя скорость процесса, которая не навредит тебе при аккумуляции. Иначе, накачав больше, чем способен поглотить, можешь, как было сказано, запросто себе чего-нибудь сжечь.
Учитель чуть прошёлся по комнате.
— Ага, вот.
Он коснулся ничем не примечательного участка стены возле окна.
— Ну-ка, посмотри на маголинии.
Артём переключился на магическое зрение. Ничего такого он на стене не увидел: обычная концентрация маголиний для искусственных объектов.
— Не так смотришь, — понял его затруднения Громалк. — Не просто смотри на сами лини, прочувствуй их смысл, короче говоря эйты.
До этого момента Артём не представлял, что эйты могут быть чем-то внешним, по отношению к нему. Они представлялись Плохому исключительно порождением его разума. Ну да, конечно, если что снаружи, то и внутри, то, то что внутри, то одновременно и снаружи.
Некоторое время Плохой просто пялился на пересечение линий, пытаясь разглядеть там кружочки с символами — ничего не выходило. Наоборот, от чрезмерного напряжения Плохой даже утратил концентрацию и едва не «потерял» саму сеть, она стала расплываться перед глазами.
Артём покосился на учителя, но тот оставался невозмутимым, и Плохой понял, что больше подсказок не будет. Всё слишком индивидуально, — мысленно повторил Артём не раз слышимую от Громалка фразу. Ну ладно, что мы собственно ищем? Наверняка энергию, силу. И, похоже, тепловую, стена сильно нагрета солнцем. Так вот, что выискивал Громалк. И как это может выглядеть на ментальном уровне?
Маголини принадлежащие самой стене наверняка должны быть более чёткими и стабильными, чем привнесенное извне тепло. Артём вгляделся. Он тут же различил несколько слоёв, но как определить нужный? Он внимательно разглядывал сеть линий. Вскоре он заметил, что одни линии как бы пронизывали стену и переплетались с друг другом. Другие, более тонкие, хотя и немного переплетались с первыми, но выглядели как искусственно наложенные: словно один более лёгкий каркас наложили на другой, основной. Большинство тонких линий концентрировались на освещённом участке стены, но их количество резко снижалось по краям. Это походило на визуализацию нагрева.
Нет, стоп. Его просили прочувствовать эйты, а не логически рассуждать. Артём припомнил, как он разобрался с эйтом огня. Но там он «танцевал» от уже заданного значения и создал нужный эйт. Сейчас же требуется наоборот. Взять неизвестный эйт и вскрыть его значение. Ну, хорошо, положим, о значении он уже догадался, но будем делать вид, будто этого нет.
Артём концентрировался на привнесенных линиях. Однако прочувствовать эйты не получалось. Вернее они получились какими-то расплывчатыми и не держались в узлах, постоянно перемещаясь и сливаясь между собой.
Плохой позволил себе на некоторое время расслабится, не преследуя никакой цели, он просто наблюдал за игрой образов. Потом проступил красный, похожий на магму образ: этакая кипящая каша, которую, что-то перемешивало по спирали. Впрочем, вскоре он тоже потемнел и расплылся, полностью заполняя нагретое место на стене. Плохой даже перестал его видеть, просто ощущал что, что-то такое на этом месте имеется.
Немного подумав, он мысленно «воткнул» в это что-то электропровод. Потом превратил его в некое подобие теплопровода, который абстрагировал до тоненькой трубочки, через которую и погнал ту неясную кашу. Проходимость была небольшой, и Артём ускорил течение. Дальше всё напоминало его прежний опыт с опилками.
Теплопровод в его воображении раскалился, из узкой трубочки превратившись в щель или складку большой глубины, пронизывающую реальность. В её нутре мчался огненный поток или вихрь, Плохой буквально чувствовал исходящий от него жар. Потом вихрь почему-то загустел точно ртуть.
Бамс. Стол, в который Артём упёр маголинию, вдруг затрясся как в лихорадке и со скрипом двинулся, выезжая на середину комнаты. При этом казалось, что он вот-вот развалится от усердия.
— Достаточно, — быстро сказал Громалк, — и Артём убрал из своего сознания магограмму.
Стол остановился. Под финал в нём все-таки что-то треснуло.
— Неплохо, неплохо, хотя ты всё же бежишь впереди лошади, я просто хотел сказать, что бы ты немного подогрел в том углу воздух, а не превращал тепловую энергию в механическую, — Громалк был сама невозмутимость, — Так что не стоит больше мебель ломать.
Громалк подвинул стол на место.
