«Ничего», – мужчина замер на последней ступеньке и с любопытством посмотрел на Пайпер. Девушка не понимала, как это возможно, – или же не хотела верить, что в этом замешана магия, – но мужчина говорил с ней, используя только мысли. Он открывал рот, но не двигал им, будто сломавшаяся кукла чревовещателя, и в то же время его голос, глубокий и насмешливый одновременно, звучал в голове Пайпер. Это пугало сильнее каких-то там драу, повлиявших на пространственную магию особняка.
– Кит! – Пайпер толкнула искателя в плечо, но тот не отреагировал. Мужчина насмешливо фыркнул. – Если это не ты, то кто? Что с ним такое?
«Всё в порядке, – тут же ответил мужчина. – Тебе ведь уже говорили, что для тех, кто столкнулся с сигридским миром, время течёт иначе? Именно это и произошло».
– То есть он, типа, застыл во времени?
«Нет, – немного подумав, возразил мужчина. – Время подвластно лишь одному, и это точно не один из вас».
– Тогда что с Китом?
«Всё в порядке, – повторил мужчина. — Время изменилось для тебя. Я вырвал тебя из привычного для тебя временного потока, чтобы поговорить. Когда наш разговор закончится, ты поймёшь, что прошло меньше секунды».
– Это невозможно, – покачав головой, возразила Пайпер. – Разве может случится ещё что-то более безумное? Мне кажется, на сегодня лимит превышен.
«Что превышен? – переспросил мужчина. – Впрочем, это не так важно. Я хочу обсудить с тобой твоё становление сальватором».
– Это ошибка, – жалобно протянула Пайпер, всё ещё переводя взгляд с мужчины на Кита.
«Ошибка лишь в том, что сделали эти люди с таким, как ты, – и он, скривив недовольную гримасу, кивнул на Кита. – Я не сомневаюсь, что, сделай ты что-нибудь не так, они и тебя вычеркнут из истории».
– Мне уже объяснили, что такое отвержение, – не найдя рукам места, Пайпер собрала их на груди. Дрожь от разговора с отцом до сих пор не уходила, а звонкий голос Эйса, требовавшего, чтобы Пайпер всё объяснила, звенел в ушах. – Мой отец меня не помнит, но не младший брат.
«Потому что он также отмечен, – мужчина махнул рукой, будто отгоняя глупый вопрос, и продолжил: – Но я говорю не об отвержении. Вне зависимости от того, какую магию использовать, неизменным остаётся источник – чувства мага. Если ты ничего не чувствуешь, то и магию не можешь творить. Однако есть и обратная сторона».
– Погоди, стой! – Пайпер повысила голос. В висках пульсировало, у основания черепа вновь начало колоть. Мужчина, сжав губы, принялся мерить шагами холл. – Кто ты, чёрт возьми, такой? Раньше я…
«Слышала другой голос? – подсказал мужчина, проходя за спиной Кита. – Да, раньше я с тобой не разговаривал. Дело в том, что я большая часть меня сейчас не здесь, поэтому в силах я ограничен. До меня с тобой говорила Лерайе».
– Кто-кто?
«Лерайе, – терпеливо повторил мужчина, остановившись перед лицом Кита и всмотревшись ему в глаза. – Она твой сакрификиум. Я это даже из другого мира чувствую».
– Чего? – Пайпер попятилась, стоило мужчине оставить Кита и подойти к ней. – Стой!
«Стою, – отозвался мужчина, замерев на месте, – но какой в этом толк? Я всё равно не здесь. Может, вместо того, чтобы тратить время зря, поговорим о более важных вещах? Например, о том, как спасти меня и моего дорогого друга».
– Я тебя даже не знаю, – продолжала упрямствовать Пайпер. —Если ты хочешь меня напугать – поздравляю, у тебя получилось. Если ты хочешь меня убить, то сделай это побыстрее, ладно? Я уже ни черта не понимаю и не знаю, что правильно, а что – нет.
«Не вспоминай чертей, – укоризненно прошелестел голос, – иначе они явятся по твою душу».
– Кто ты такой?
