Мир клятв и королей полностью

– Хорошо. Но рано или поздно тебе придётся побороть свой страх.

– Могущественные маги должны внушать страх, верно? – не слишком уверенно предположил Лука.

– Не знаю, – честно ответил Гилберт. – Шерая может уничтожить меня и без магии.

– С Шераей никто не сравнится, – бросил напоследок эльф и, ещё раз качнув головой, направился на кухню.

Гилберт помнил, где находилась выделенная Первой комната («Временная комната», – тут же исправил себя Гилберт: вне зависимости от исхода их разговора, он был намерен добиться лучшего расположения своей гостьи), но всё равно огладывался на специально расставленные в коридорах ориентиры. Для того, кто ничего не смыслил в истории миров или магии, ориентиры были лишь предметами интерьера – картинами, канделябрами, статуями, вазами на пьедесталах, дверьми с табличками и особыми сигилами, начерченными на стенах. Но тот, кто знал, к какому временному отрезку или какой стране принадлежала та или иная вещь, мог без проблем найти нужную дорогу.

Из-за пространственной магии, постоянно меняющей его особняк, Гилберт не мог сказать точно, на каком этаже находилась комната Пайпер. Но он знал и чувствовал, что вело к ней: коридоры, отмеченные кэргорскими реликвиями. Гилберт хорошо помнил эти коридоры, знал каждую картину и людей, изображенных на многочисленных портретах. К тому же, он был уверен, что особняк не станет мешать ему, а наоборот, сократит расстояние и быстро выведет его к нужному месту.

Так и случилось. Гилберт остановился напротив двери, и тут его охватило волнение. Он никогда раньше не испытывал проблем в общении с людьми, которых принимал у себя как гостей. Но сейчас он думал о том, как сильно он волнуется, как вспотели его ладони, а взгляд, вне всяких сомнений, испуганный. Что, если он поспешил? Конечно, он поспешил. Пайпер же просила дать ей время побыть одной. А он, идиота кусок, всё пытается показать, что они могут помочь. Она сейчас откроет дверь, наорёт на него и пошлёт на все четыре стороны? Гилберт слышал, как Данталион слал королеву Ариадну на все четыре стороны. Ему это не понравилось.

«Ты уже здесь, – подумал он, поднимая руку. – Сейчас или никогда».

«Ты из рода Лайне, – шепнул голос отца в его голове. – Лайне никогда не боятся».

Гилберт постучал.

Прошло ровно пять секунд, после чего он услышал голос Пайпер:

– Я же сказала, что не хочу есть.

– Тогда, может, немного перевода ребнезарского? – предложил Гилберт.

Пайпер открыла дверь с хмурым лицом. Гилберт надеялся, что оно было хмурым и до того, как он пришёл, иначе это сильно ударит по его самооценке.

– Лука сказал, что ты нашла тексты на ребнезарском.

– А я сказала, что не хочу, чтобы ты тащил сюда свою королевскую задницу.

«Значит, – заключил Гилберт, – Лука слишком сильно интерпретировал её слова».

– Но я действительно могу помочь.

– Тогда отпустите меня домой.

То, как она произнесла это, заставило Гилберта усомниться в своих действиях.

С её точки зрения всё так и выглядело: они, буквально похитившие её из дома Джонатана, привезли её в этот особняк и не позволяют покинуть его, связаться с семьёй. Они втягивают её в опасную игру, утверждая, что у неё далеко не последняя роль. Будь Гилберт на её месте, он бы думал точно так же.

Но он был на своём месте и понимал, что безопаснее места для Пайпер сейчас не найти. Вампиры напугают её своей схожестью с тёмными созданиями. Среди эльфов ей пока лучше не появляться. Королева фей, несмотря на то, что она понимает нависшую над ними угрозу, в состоянии превратить Пайпер в придворную даму. Она не искатель, и делать в Ордене ей нечего. Особняк Гилберта – место, где переплетаются пути многих сигридцев. Оно хорошо защищено, в нём достаточно места. Всё своё время, не затраченное на Орден и поиски, Джонатан проводит здесь. В библиотеке полно магических и исторических книг. Здесь даже есть лаборатория Марселин, хотя Гилберт сомневался, что Первой будут интересны её опыты. Здесь было всё, что могло понадобиться начинающему сальватору.

«Но здесь нет семьи».

– Можно я скажу несколько слов? – аккуратно спросил Гилберт, посмотрев на Пайпер.

– Лука говорил, что ты король, – потупив взгляд, ответила Пайпер. – Если это так, ты вправе делать то, что считаешь нужным.

– Я уважаю личное пространство и неприкосновенность своих гостей. Даже несмотря на то, что в этом доме правила устанавливаю я, я всегда интересуюсь мнением других людей. Я не могу заставить тебя слушать, но я хочу, чтобы ты сделала это. Если ты скажешь мне уйти – я уйду.

Пайпер посмотрела на него со смесью чувств, которые Гилберт не смог понять. То ли она думала, как принять его предложение, то ли как нашинковать и подать сегодня к ужину. Гилберт всем сердцем надеялся на первый вариант.

Наконец Пайпер, чьи мышцы лица расслабились, сказала:

– Хорошо.