Она как-то по-особенному выделила последнее слово, будто подразумевала под ним нечто большее, чем количество минут, выделенных на их разговор. Пайпер совершенно потеряла контроль над собственным сном (если это, конечно же, был он), но не могла не признаться себе, что заинтересована происходящим. Такого грандиозного приключения ее сознание еще ни разу не устраивало.
– Доверяй только себе и своим чувствам, – голос женщины неожиданно стал стальным, из-за чего Эйс, начавший аккуратно вылезать из кровати, мигом вернулся на место. – Помни, ты – сильнее и умнее.
– О да, конечно, – фыркнула Пайпер, не сдержавшись.
– Они нуждаются в тебе, но не позволяй им манипулировать тобой. Йоннет… Йоннет поможет. Я уверена, что поможет. Найди кристаллы.
– Что? Так, леди, – Пайпер потянулась к ящику стола, расположенному у окна, надеясь, что собеседница поймет ее намек. Может, там и не окажется спрятанного пистолета, но что-то уж точно найдется – что-то, что можно швырнуть в женщину и отвлечь ее от Эйса. – Это последнее предупреждение.
– Пожалуйста, найди Арне, – голос женщины надломился. В уголках ее глаз стояли слезы. – Я знаю, что не ошиблась, выбрав тебя. Пожалуйста…
Пайпер резко выдвинула ящик стола и, – вот так новость! – там лежал пистолет. Под испуганный крик Эйса Пайпер схватила его и направила на незнакомку, даже не проверив, заряжен ли он. Она никогда не стреляла из пистолета, но знала, что им и ударить можно.
– Это все нереально, – сказала женщина, не обратив внимания на пистолет. – Ты откроешь глаза там, где была до этого, и мало что вспомнишь, но… пожалуйста, запомни мое имя. Меня зовут Лерайе, я – твой сакрификиум. Я дарую тебе свою Силу.
Руки Пайпер дрожали. Она думала, что готова броситься на женщину, но та опередила ее – протянула ладонь и коснулась лба девушки. Колени Пайпер задрожали, и она провалилась во тьму.
Пайпер не нравилось, что ее били по щекам. Неужели нет более приятного способа разбудить? Нежно потрепать по плечу? Включить любимую песню? Принести завтрак в постель?
– Поднимайся! – громыхал над головой женский голос.
– Боги, да ты ее убьешь! – раздался совсем рядом другой голос – более низкий, взволнованный, такой знакомый и…
– Джон, она должна проснуться!
– Дядя Джон? – судя по тому, что ее перестали бить по щекам, дядя Джон спас ее от напавшей женщины. Пайпер с трудом разлепила глаза и едва ли не закричала – прямо над ней нависали дядя Джон и женщина, чьи глаза светились ярким алым пламенем.
Они действительно были алыми. Пайпер была бы рада использовать красивую метафору и сравнить их с пожаром, но это было бы ложью. Глаза женщины были алыми и светящимися, щеки Пайпер после ударов женщины – тоже.
– Слава богам, – выдохнул Джонатан, помогая ей сесть.
На диване, где она лежала, был и Лео. Он, казалось, спал, что было странно – Лео ни за что на свете не смог бы уснуть в такой отвратительной позе. Одна нога Пайпер лежала на его коленях, а другая упиралась в его бок. Его голова была опущена слишком низко. Лео был ценителем удобных поз, мягких кроватей и пушистых одеял. Он не мог уснуть на жестком диване в таком положении.
– Это было безумно, – проговорила Пайпер, чувствуя сухость во рту. Она была на диване, там же, где и уснула; рядом был Лео, а на столике – коробки из-под пиццы; из кухни лился теплый свет. «
– Ты в порядке? – спросил дядя Джон, положив руки ей на плечи. Пайпер вздрогнула от неожиданности и напряжения, и он заметил это. Дядя Джон смотрел на Пайпер так, будто хотел запомнить каждую ее черту, навсегда запечатлеть ее образ в своей голове, словно…
Дядя Джон плакал.
Увидев это, Пайпер растерялась и не нашла, что ему сказать. Она никогда не видела слез дяди Джона – даже на похоронах его родителей, на которых отец Пайпер, Дэниел, был не в силах сдержать слез. Дядя Джон же был подобен статуе, высеченной из холодного камня. Вот только сейчас эта статуя дала трещину.
– Ты не спала, верно? – кое-как выдавил из себя дядя Джон.
– Спала, – недоуменно возразила Пайпер. По крайней мере, она думала, что спала.
– Нет, – возразила женщина с алыми глазами, вклинившись в их разговор. – Ты совершенно точно не спала. Соберись, Джонатан! – рявкнула она, бросив на дядю Джона испепеляющий взгляд.
– Эй! – возмущенно выдала Пайпер. – Не давите на него!
– Я в порядке, Пайпс, – с нервным смешком ответил дядя. – Я просто… нет, я в порядке. Ты уверена, что спала?
– Глупый вопрос. Конечно, я спала. Мне даже сон приснился.
Пайпер вспомнила прошелестевший в ее голове голос женщины и растерялась.
– Ты не потеряла сознание от воя, – заметила женщина с алыми глазами, уставившись на нее. – Это кое о чем говорит.
– Воя? Я не слышала никакого воя.
– Не слышала? – переспросил дядя Джон. Его минутная слабость прошла, не оставив после себя ни следа. Возможно, так на него подействовал крик женщины. Пайпер мгновенно ощутила острое желание задушить ее подушкой и узнать, из-за чего дядя Джон так переживает.
