Сбросив надоевшие туфли в коридоре, босиком прошла в комнату и затормозилась в дверях: в комнате, помимо Жени, я увидела друга Васю и высокого спортивного парня в дорогом светлом костюме. Вася с пистолетом в руке стоял посередине комнаты, а неизвестный гость развалился в кресле у окна. Женя сидел, сжавшись, в другом кресле и посматривал на меня жалобными глазами.
Сзади скрипнула дверь, и показался еще один симпатичный мальчик, и тоже с пистолетом. До этого он, видимо, скрывался в ванной.
Вася переглянулся с Женей, потом с парнем в светлом костюме.
— Это не она, — сказал Вася, недоуменно приподнимая брови, — та была блондинкой и вроде потолще.
Я еле сдержалась, чтобы не рявкнуть на него за эту очевидную глупость.
— Ребята, я же вам говорил, что вы ошиблись, — залепетал Женя, пряча от меня перепуганные глаза.
— Тухни, — небрежно бросил ему обладатель хорошего костюма. — А вы, девушка, передайте мне вашу сумочку. И без резких движений, пожалуйста.
— Зачем? — агрессивно спросила я. — И вообще, кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? Женя, это кто?
По мере возможностей я пыталась изобразить из себя недоумевающую местную жительницу, но, кажется, не на тех нарвалась. Вася сделал шаг по направлению ко мне и поднял пистолет. В этот момент бандит, стоявший сзади, выдернул у меня из-под мышки сумочку и бросил ее сидящему в кресле парню. Как видно, тот здесь был главным.
Я поняла, что попалась, и приходилось с этим примириться: мой пистолет и документы лежали в сумочке. Длинное платье никак не располагало к побегу, ну а два жлоба со «стволами» — уж тем более.
— Женя, — обратилась я к непутевому художнику, не догадавшемуся выставить на окно пару картин или валенок, чтобы предупредить меня о провале явочной квартиры, — уступи даме место, пожалуйста.
Женя суетливо вскочил, а Вася, научившийся кое-чему, отошел на два шага назад. Значит, старые фокусы с ним не пройдут. Надо будет применять новые.
Парень в костюме тем временем раскрыл мою сумочку, заглянул в нее, хмыкнул и достал из нее не пистолет, как можно было бы ожидать, а лицензию.
— Иванова Татьяна Александровна, — вслух прочитал он. — Ну вот, а ты, Вася, гнал ботву, что это не она! Получается, что у тебя хреновая память на лица и на фигуры. Убирайте «стволы», ребята, и марш все отсюда. Я с девушкой общаться буду.
Эта команда сразу же изменила мое настроение. Я почему-то передумала бить Васю креслом по башке и тем более отбирать у него пистолет. Ну что поделаешь, если я люблю поговорить с незнакомыми мне людьми! Тем более с мужчинами, одетыми в дорогие костюмы.
Сев в кресло поудобнее, я попросила, чтобы мне вернули мою сумочку или дали из нее сигареты. Сигареты с зажигалкой я получила, а вот сумку нет.
Вася, подхватив Женю под руку, свалил с ним в кухню. Там же скрылся и коридорный мальчик, пряча пистолетик в кармашек штанишек.
Я закурила и за неимением поблизости пепельницы решила стряхивать пепел на мой собственный акварельный портрет, еще не законченный Женей. Портрет лежал очень удобно — на столе рядом с креслом, в котором я сидела. Хоть таким неординарным методом, но все равно приятно приобщиться к богеме.
— Вы прекрасно держитесь, — польстил мне ненужным комплиментом мой новый собеседник.
Я вздохнула, выпустила сигаретный дым вверх и ответила, что ему сказать то же самое не могу.
— Это почему же? — искренне изумился он. — Я ведь не хамил. И не собираюсь этого делать.
— Весьма рада, — холодно улыбнулась я. — Но вы забыли представиться, молодой человек.
— Меня зовут Сан Саныч Бармин. В некоторых кругах я известен как Борман. Слышали о таком?
— Приходилось на днях, — призналась я.
— Ну вот и славненько, значит, сэкономим время на представительских расходах, — пошутил Борман и сам же весело рассмеялся своей незамысловатой шутке.
Я стряхнула пепел с сигареты на свой нарисованный бюст, чуть преувеличенный, но вполне приемлемый, и вопросительно подняла брови. Ситуация ясно показывала, что грубого наезда не предвидится и, похоже, Борман действительно хочет поговорить.
Расклад сил в Волгополоцке, как я уже знала, диктовал прямую линию поведения: если Дядя Боря против чего-то, значит, Борман — за. И наоборот. Но какую роль играет здесь некто Вася? Вот это я и решила узнать прежде всего.
— Сан Саныч, — обратилась я к Борману, — а этот… — я кивнула в сторону кухни, — Вася что, у вас с Борисом Сергеевичем один на двоих? Получается, парнишка трудится по совместительству?
Борман снова рассмеялся:
— По совместительству только у меня и за отдельную плату. Но хватит юмора, нужно переговорить о деле.
Он вынул из нагрудного кармана пиджака сигару, откусил и выплюнул на пол кончик, тщательно раскурил ее и начал излагать:
