Прибыв несколькими днями раньше андалов, люди Ройса выкопали перед своими рядами рвы и поставили в них заостренные колья (вымазав их, как говорится в сделанном септоном Маллоу описании битвы, гнильем и нечистотами). Большинство Первых людей были пешими, у андалов перед ними имелось десятикратное превосходство в конных рыцарях, да и броня, и вооружение были лучше. Стоит отметить, что враги Ройса подзадержались – если сказания правдивы, то король Робар три дня стоял в ожидании неприятеля.
Уже смеркалось, когда явилось долгожданное андальское войско. Вражеские шатры разворачивались в полулиге от противника, но и в полутьме Робар Ройс не преминул узнать их вождя. Серебряные доспехи и крылатый шлем Рыцаря-Сокола делали его безошибочно узнаваемым даже издали.
Без сомнений, ночь выдалась беспокойной в обоих лагерях. Каждому было ясно, что на рассвете состоится битва, и судьба всей Долины висит на волоске. С востока набежали облака, укрывшие луну и звезды и сделавшие ночь еще темнее. Лишь сотни костров разгоняли тьму в обоих лагерях, разделенных меж собой полосой мрака. По словам певцов, время от времени лучники пускали наугад стрелы, надеясь, что те отыщут себе в темноте жертву, но удачно или нет – о том сказания молчат.
Едва забрезжил рассвет, воины покинули свои каменистые ложа, вооружились и изготовились к битве. И тут во всем андальском лагере раздались ликующие крики: на тусклом западном небе явилось знамение, семь сверкающих звезд. «С нами боги! – прогремело из тысячи уст. – Победа за нами!». Зазвучали трубы, и андальский передовой отряд под развевающимися стягами рванулся вверх по склону. Но Первых людей небесное знамение не смутило. Они не отступили и приняли бой, один из самых беспощадных и кровопролитных во всей долгой истории Долины.
Андалы бросались в атаку семь раз, если верить песням, и шесть раз Первые люди отбрасывали их обратно. Но на седьмой те прорвались, ведомые огромным и свирепым бойцом по имени Торгольд Толлетт. Его называли Торгольд Мрачный, но скорее в шутку – пишут, что в бой он шел со смехом и обнаженный по пояс. На груди Толлетта была вырезана кровавая семиконечная звезда, а в каждой руке он сжимал по секире.
В песнях поют, будто Торгольд не ведал страха и не чувствовал боли. Покрытый множеством кровоточащих ран, он прорубил алую просеку в рядах лучших бойцов лорда Редфорта и одним взмахом отсек руку его светлости по самое плечо. Даже когда колдунья Урсула Апклифф, явившись пред ним на своем кроваво-красном жеребце, обрушила на него проклятья, Толлетт не дрогнул. Его секиры еще раньше увязли в груди врагов, оставив воина безоружным, но, как рассказывают, Торгольд вспрыгнул на коня звавшей на помощь ведьмы и голыми окровавленными руками оторвал ей голову.
Когда противник ворвался в ряды Первых людей, началась свалка, и победа андалов казалась уже неминуемой. Но Робар Ройс был не из тех, кого легко одолеть. Когда другой бы предпочел отступить, чтобы собрать силы, или вовсе бежать с поля боя, король повелел ударить в ответ. И сам повел наступающих, бросившись в гущу боя бок о бок со своими боевыми товарищами. Его оружием была Покинутая – устрашающий клинок, вырванный им из мертвых рук короля Перстов. Рубя направо и налево, Робар пробил себе путь к Торгольду Мрачному. Когда Ройс обрушил меч на его голову, тот, по-прежнему смеясь, ухватил клинок за лезвие… но Покинутая, как сквозь масло, легко прошла через руки Толлетта и погрузилась в череп.
По словам певцов, великан умер, напоследок захлебнувшись смехом. После того король заметил Рыцаря-Сокола и бросился к нему через все поле битвы. Как надеялся Робар, если вождь андалов падет, враги дрогнут и побегут.
Они сошлись в гуще битвы, король в бронзовой броне и герой в серебряной стали. И пусть доспехи Рыцаря-Сокола сияли в лучах утреннего солнца, но его мечом, увы, была отнюдь не Покинутая. Поединок окончился, едва начавшись, валирийская сталь рассекла крылатый шлем, и андал пал. На мгновение, пока его враг валился с коня, Робар Ройс, должно быть, поверил, что выиграл эту битву.
Но тут же он услышал голос труб, пронзающий утренний воздух, и трубы те звучали позади него. И, обернувшись в седле, Верховный король в смятении узрел пять сотен свежих андальских рыцарей, неудержимо мчавшихся вниз по склонам Копья Гиганта, чтобы ударить по его армии с тыла. Возглавлял конную лаву воитель в серебряной стали, с луной и соколом на щите и крыльями на шлеме. Сир Артис Аррен вооружил одного из рыцарей своим запасным снаряжением, оставив того в лагере, а сам с лучшими всадниками поднялся по знакомым с детства козьим тропам в горы, чтобы появиться в тылу Первых людей и ринуться на них сверху.
