Правителей, которые навлекли подобную судьбу на свои земли и свой народ, справедливо бы порицали в других краях… но природа железнорожденных такова, что Красный Кракен и по сей день почитается на островах как один из величайших героев.
СТАРЫЙ И НОВЫЙ ЗАКОНЫ
С тех самых пор Лорды-Жнецы из дома Грейджоев правили Железными островами с Морского трона Пайка. Со времен Красного Кракена ни один из них не стал серьезной угрозой для Железного трона или Семи Королевств, однако же мало кого можно было назвать действительно верным и преданным сюзерену. В старину Грейджои были королями, и память о короне из плавника осталась живой даже по прошествии тысячи лет.
Полную хронику их правления можно найти в «Истории железнорожденных» архимейстера Хейрега. Там же вы прочитаете о Дагоне Грейджое, Последнем Разорителе, чьи ладьи опустошали западное побережье, когда на Железном троне сидел Эйрис I Таргариен. О Блаженном Альтоне Грейджое, пытавшемся найти и завоевать новые земли за Одиноким Светочем. О Торвине Грейджое, который давал клятву крови Жгучему Клинку, но предал его в руки врагов. О Лороне Грейджое, по прозвищу Бард, и о трагедии его великой дружбы с молодым Десмондом Маллистером, рыцарем с зеленых земель.
Ближе к концу великого труда Хейрега вы узнаете о лорде Квеллоне Грейджое, мудрейшем из людей, занимавших Морской трон со дней Завоевания Эйгона. Огромный муж, шести с половиной футов росту, он, по рассказам, был силен подобно быку и проворен подобно кошке. В молодости Квеллон снискал славу воина, сражаясь в Летнем море с корсарами и работорговцами. Верный слуга Железного трона, в годы войны Девятигрошовых королей он привел сотню ладей и тем самым сыграл решающую роль в сражениях у Ступеней.
Но у себя на островах Квеллон предпочел войне мир. Он запретил разбой (разве что с его дозволения), а также привез на Железные острова множество мейстеров – лечить хворых и наставлять юных. Вместе с мейстерами появились и вороны, чьи черные крылья связали архипелаг с зелеными землями крепче, чем когда-либо прежде[60].
Именно лорд Квеллон объявил вне закона невольничество на Железных островах и освободил остававшихся невольников (в этом его успех был неполным). Сам не беря соленых жен, он дал позволение брать их остальным, обложив, однако, эту привилегию большим налогом. От трех своих каменных жен Квеллон Грейджой породил девять сыновей. И первую, и вторую супругу с ним соединил по старым обрядам жрец Утонувшего бога. Но вот последняя его избранница, леди Пайпер из Розовой Девы, была родом с зеленых земель, и сочетал их браком септон в замке ее отца.
В этом случае, как и много раз прежде, лорд Квеллон отступил от древних обычаев железнорожденных – в надежде укрепить связи между собственными владениями и остальными Семью Королевствами. Квеллон Грейджой был суровым правителем, и мало кто решался открыто выступать против него, ибо он был известен как человек волевой, упрямый и грозный в гневе.
Лорд Квеллон все еще занимал Морской трон, когда Роберт Баратеон, Эддард Старк и Джон Аррен созвали знамена и подняли восстание. Годы лишь усугубили осторожность его светлости, и он решил не принимать участия в войне, поскольку та бушевала лишь на зеленых землях. Однако сыновей Грейджоя обуяла жажда наживы и славы, а собственные здоровье и силы лорда все слабели. С некоторого времени его стали беспокоить желудочные боли, столь мучительные, что каждый вечер перед сном приходилось принимать маковое молоко. Несмотря ни на что, он сопротивлялся всем уговорам до тех пор, пока ворон не принес на Пайк весть о гибели принца Рейгара на Трезубце. Эта новость объединила троих старших отпрысков Квеллона: Таргариены пали, сказали они отцу, и дом Грейджоев должен как можно скорее присоединиться к восстанию, или всякая надежда разделить трофеи победы будет потеряна.
Лорд Квеллон уступил. Было решено, что железнорожденные нападут на ближайших приверженцев Таргариенов и тем самым покажут мятежникам свою преданность. Невзирая на возраст и растущую немощь, его светлость настоял, что лично будет командовать флотом. Пятьдесят ладей собрались на Пайке, после чего направились в сторону Простора. Но по большей части флот островитян остался дома – для защиты от возможной атаки Ланнистеров, ибо тогда еще не было понятно, выступит ли Утес Кастерли на стороне мятежников или короны.
Нет нужды подробно описывать последний поход Квеллона Грейджоя. Будучи явно запоздалым решением, это печальное и омытое кровью предприятие никак не повлияло на исход восстания Роберта Баратеона. Железнорожденные потопили сколько-то рыбацких судов и пленили сколько-то богатых торговцев, сожгли какие-то села и разграбили какие-то малые городки... причем в устье Мандера им неожиданно дали отпор воины со Щитовых островов, которые вступили в бой, устроив вылазку на собственных ладьях. В сражении было захвачено или потоплено с дюжину кораблей, и, хотя железнорожденные нанесли своим противникам гораздо больший урон, среди погибших оказался лорд Квеллон Грейджой.
