ДОМ УЭНТОВ
Родовой замок Талли довольно мал по сравнению с могучими твердынями других великих домов. Даже в Речных землях его не назовут крупнейшим – Харренхолл, полуразрушенный монстр Харрена Черного, может вместить десяток Риверранов.
Но замок у места слияния двух рек построен крепко и основательно. Окружающие его глубокие воды невероятно осложняют любую возможность атаки на крепость. Риверран осаждали не раз, но брали очень редко, а штурмом – так вообще ни разу. Ключевую роль в защите замка играет ров, выкопанный вдоль западной стены с главными воротами. Рвы есть у многих замков Семи Королевств, но лишь у немногих созданы сложные шлюзы, позволяющие заполнять их водой по мере надобности. Поэтому у столицы Речных земель стало возможным сделать ров гораздо более широким и глубоким, чем у большинства других замков, и когда он заполнен до краев, Риверран превращается в неприступный остров.
Долина Арренов – обширная и плодородная, окаймленная величественными сизыми пиками могучего кряжа Лунных гор – столь же богата, сколь и прекрасна. Возможно, именно поэтому андальские завоеватели, под стягами своих богов преодолевшие Узкое море, и избрали ее местом своей первой высадки. Доказательством тому служат камни с высеченными на них изображениями звезд, мечей и секир (или, как некоторые предполагают – молотов), разбросанные по всем Перстам. В священной книге Святой Веры «Семиконечная Звезда» написано о «златом доле меж великих гор», который Хугор с Холма узрел в видении той награды, что однажды будет обретена андалами.
Отрезанная от остального Вестероса высокими хребтами, эта земля послужила андалам отличным плацдармом для того, чтобы начать выкраивать себе новые королевства. Первые люди, обитавшие здесь до андалов, упорно сопротивлялись заморским пришельцам, но... Долина в те годы была не слишком-то населенной страной, и довольно быстро выяснилось, что в любом сражении коренные жители уступают врагам числом. Стоило лишь им сжечь или обратить в бегство один корабль, как, согласно песням, с востока приходило десять новых. Нечего было Первым людям противопоставить и яростной вере завоевателей, да и секиры с чешуйчатыми доспехами, которые обитатели Долины ковали из бронзы, не могли сравниться со стальными мечами и кольчугами чужеземцев.
Еще хуже, что в ту пору, когда первые андалы сходили на берег, неся на груди нарисованные (а то и вырезанные) звезды, Долина и окаймляющие ее горы были разделены на пару десятков карликовых государств. Раздираемые древними распрями, короли Первых людей не только не объединились против захватчиков, но куда чаще предпочитали заключать с ними союзы, стремясь использовать пришельцев в собственных междоусобицах. (Обычная недальновидность, повторявшаяся раз за разом по мере продвижения андалов по Вестеросу.)
Дайвен Шелл и Джон Брайтстоун, претендовавшие на титул короля Перстов, дошли до того, что оплатили андальским вождям переправу через море, рассчитывая использовать их мечи друг против друга. Вместо этого андалы обратились против своих нанимателей. Не прошло и года, как Брайтстоун был захвачен, подвергнут истязаниям и обезглавлен, а Шелл – изжарен заживо в собственном бревенчатом чертоге. Андальский рыцарь Корвин Корбрей женился на дочери последнего, а супругу первого сделал наложницей, после чего объявил Персты своей собственностью (хотя, в отличие от многих сотоварищей, он так и не назвал себя королем, предпочтя более скромный титул лорда Пяти Перстов).
