Большинство железнорожденных не испытывают ничего, кроме презрения, к Семерым юга и Старым богам Севера, однако же они признают и другое божество – зловредного Штормового бога, который противостоит Утонувшему. Согласно верованиям железнорожденных, Штормовой бог ненавидит человечество и все, им созданное, а обитает в небесных высях. Он насылает губительные ветра и хлесткие ливни, а грозы и молнии выражают его беспредельную ярость.
Говорят, Железные острова назвали так благодаря изобилию найденной здесь руды, однако сами железнорожденные настаивают, что имя это появилось благодаря их нраву – поскольку они суровый народ, столь же непреклонный, как и их бог. По сообщениям картографов, в заливе Железных людей к западу от Орлиного мыса насчитывается тридцать один остров из числа Железных, и еще тринадцать из таковых окаймляют Одинокий Светоч в дальних просторах Закатного моря. Главных же островов архипелага семь: Старый Вик, Большой Вик, Пайк, Харлоу, Соленый Утес, Черная Волна и Оркмонт.
Из них самый густонаселенный – Харлоу, наибольший по величине и богатству рудой – Большой Вик, а остров Старый Вик – священное место, где в чертоге Серого короля в старину собирались короли соли и камня для выбора правителя всех железнорожденных. Труднопроходимый и гористый Оркмонт в минувшие века был родной обителью дома Грейаронов (и Железных королей из этого дома). Пайк может похвастаться Лордпортом, самым большим поселением архипелага, принадлежащим дому Грейджоев – они главенствуют на островах со времен Завоевания Эйгона. Ну, а Черная Волна и Соленый Утес ничем не примечательны. Что же до малых островов, то на некоторых имеются башни малозначащих лордов – рядом с крохотными рыбацкими поселениями. Кое-какие островки используются для выпаса овец, но большинство все же остаются необитаемыми.
Второе скопление островов лежит в Закатном море – к северо-западу, в восьми днях пути под парусом. Там, на обдуваемых всеми ветрами скалах, разве что котики и морские львы устраивают свои лежбища, ибо скалы те чересчур малы для того, чтобы поддерживать существование хотя бы единственного поместья. И лишь на самом большом из этих островков стоит замок дома Фарвиндов, названный Одиноким Светочем – из-за маяка, что днем и ночью ярко горит на его крыше. О Фарвиндах и том народце, которым они правят, рассказывают удивительные вещи. Толкуют, будто бы те ложатся с тюленями и порождают получеловеческих детенышей, а кое-кто разносит шепотки о Фарвиндах-оборотнях, якобы умеющих принимать облик морских львов, моржей или даже волков западных морей – косаток.
Впрочем, про все окраины мира рассказывают подобные байки о странном и таинственном, а Одинокий Светоч – самый дальний уголок из известных нам, если смотреть на запад. За столетия многие отважные моряки оставляли позади свет его маяка, пытаясь отыскать легендарный рай, по слухам, лежащий за горизонтом. Но те из них, кто все же вернулись (увы, далеко не все), твердят лишь о безбрежном седом океане, что тянется без конца и края.
Богатства, которые хранят Железные острова, лежат под холмами Большого Вика, Харлоу и Оркмонта, где в изобилии находят свинец, олово и железо – эти руды и служат главным товаром, вывозимым с островов. Как и следует ожидать, среди железнорожденных много прекрасных мастеров по металлу; кузнецы Лордпорта изготавливают мечи, секиры, кольчуги и непревзойденные латы.
Тощая и каменистая почва островов больше подходит для выпаса коз, чем для взращивания зерна. Если бы не бесконечно щедрое море и не рыбаки, собирающие его дары – железнорожденные непременно голодали бы каждую зиму.
Воды залива Железных людей – дом для огромных косяков трески, сардин, макрели, угольной и ледяной рыбы, скатов и удильщиков. На берегах любого острова отыщутся крабы и омары, а в Закатном море западнее Большого Вика блуждают киты и тюлени, а также рыба-меч. Архимейстер Хейк, родившийся и выросший на Харлоу, считает, что семь из десяти семей на Железных островах – рыбаки. На суше они могут быть бедными и незначительными, но, тем не менее, в море эти люди сами себе хозяева. Так, Хейк пишет: «Человек, владеющий судном, никогда не станет невольником, ибо каждый капитан – король на палубе своего корабля». Ведь их добыча кормит весь архипелаг.
Но даже больше, чем рыбаков, железнорожденные чтут своих пиратов. «Морские волки» – так в былые дни их называли жители Западных и Речных земель, и по праву. Подобно серым тезкам, разбойники часто охотились стаями, пересекая бурные воды на стремительных ладьях и обрушиваясь на мирные поселения и города вдоль побережья Закатного моря, чтобы разорять, грабить и насиловать. Бесстрашные моряки и грозные воители, они внезапно появлялись из утреннего тумана, собирали свою кровавую жатву и, до того, как солнце достигало зенита, исчезали в море на кораблях, загруженных добычей и переполненных испуганными женщинами с плачущими детьми.
